Стратегии и тактики влияния

УДК 811.111

Радюк А. В.

Коммуникативные стратегии как способ манипулятивного речевого воздействия в английском деловом дискурсе

В статье анализируются стратегии скрытого речевого воздействия (манипулятив-ные стратегии). Автор рассматривает характерные для английского делового дискурса стратегии по наличию объекта манипуляции (дискредитация, драматизация, нормализация, персонализация, фрагментация, манипуляция стереотипами, doublespeak).

Ключевые слова: английский деловой дискурс, коммуникативные/речевые стратегии, коммуникативные/речевые тактики, манипуляция, речевое воздействие, скрытые интенции, коммуникативное/речевое поведение.

Язык профессии стоит в ряду актуальных объектов исследования лингвистики. При этом особенно пристальное внимание уделяется вопросам речевого воздействия , поскольку с проблемой эффективной реализации профессиональных задач при помощи языковых средств ежедневно сталкивается любой деловой человек; причем английский как язык международного общения играет не последнюю роль в гармонизации (либо ее отсутствии) межнационального и межличностного взаимодействия в мире.

Одной из распространенных разновидностей речевого воздействия является манипулирование — скрытое воздействие, вынуждающее собеседника как-то реагировать, но неосознанно или вопреки собственному мнению. Главными признаками манипуляции считаются психическое влияние, его скрытость и применение особых приемов и знаний. Речевым называют манипулирование, целенаправленно применяющее различные особенности устройства и употребления языка (П.Б. Паршин). На основе этих приемов выстраиваются различные речевые стратегии и тактики.

Научные подходы к сущности речевого воздействия различаются по трактовке этого явления как однонаправленного либо взаимонаправленно-го действия, при котором происходит обоюдное изменение «моделей мира» собеседников (или корреспондентов) ; согласно второй точке зрения, прежде чем убедить кого-либо, говорящий обосновывает свою собственную позицию, то есть присутствует самоубеждение.

© Радюк А. В., 2013

Предпосылки речевого воздействия заключаются прежде всего в коммуникативной природе языка . Ограниченность средств языка в выражении неограниченного творчества мысли создает почву для появления двусмысленности, импликаций, многозначности. Другими предпосылками признаются стереотипизация сознания, имплицитность коммуникативного кодекса, знаковое устройство языка (способствующее экономии речевых усилий) и вариативная интерпретация действительности.

Замаскированная эксплуатация этих факторов коммуникации при желании служит мощным инструментом манипулятивного речевого воздействия. В основе манипулирования лежит отношение к собеседнику как средству достижения целей; а их характер и направленность представляют особую проблему для языковедов. Опираясь на данный критерий, Е.И. До-ценко разрабатывает типологию человеческих взаимоотношений с позиций воздействия. Выделяются доминирование, манипулирование, соперничество, партнерство, содружество. Отношения выстраиваются по шкале «собеседник как равный/собеседник как инструмент» .

Рамки статьи не предполагают описания всех манипулятивных стратегий, тем более что их количество не является фиксированным. Однако обзор хотя бы основных стратегий воздействия показывает их чрезвычайную значимость для понимания многих социально-экономических, политических, культурных процессов в современном обществе. Поэтому в данной статье мы ставим задачу взглянуть на это коммуникативное явление в контексте его конструктивной/деструктивной роли в формировании прагматики и семантики английского делового дискурса.

Разные классификации отражают специфику подхода разных авторов. Так, по средствам воздействия и характеру процессов, происходящих в сознании личности, выделяются манипуляция образами, конвенциональная манипуляция (социальные сценарии, правила, нормы), операциональнопредметная манипуляция (способы поведения, структура деятельности), манипуляция умозаключением (когнитивными схемами, познавательными процессами), эксплуатация личности (мотивация, имитация процесса принятия решения) и манипуляция духовностью (переоценка ценностей, имитация поиска смысла) .

По сферам влияния на сознание человека выделяются обращение к эмоциям, социальным установкам, представлениям о мире. По мнению некоторых ученых, такие составляющие, как образ действительности, структура ценностей и стереотипные рецепты деятельности, являются первоочередными объектами изменения в манипулятивном дискурсе .

По критерию «объект манипуляции» выделяют целый ряд коммуникативных стратегий, которые, по нашим наблюдениям, весьма характерны для английского делового дискурса: манипулирование репутацией (черный пиар/ дискредитация), манипулятивное акцентирование (драматизация, нормализация, персонализация, фрагментация), манипулирование стереотипами (или схемами упрощенного поведения), манипулирование имплицитными смыслами (doublespeak).

Немецкий специалист по деловому общению К. Бредемайер видит манипуляцию скорее как искусное владение приемами словесной атаки и защиты посредством удачных и остроумных высказываний, нередко нарушающих ход мыслей собеседника. Такой вид манипуляций он называет черная риторика, используя слово черный в значении «скрытый, тайный, покрытый мраком». По замыслу автора, черная риторика не обязательно имеет своей целью дискредитировать оппонента, а используется как совокупность речевых действий, обладающих высокой степенью экспрессии и нейтрализующих потенциально конфликтогенные реакции собеседника. Подобное речевое поведение обычно дает говорящему тактическое преимущество в общении. Например, быстрота реакции и большая выразительность, помогающая ему перехватить инициативу, характеризуется как черная риторика по принципу непредвиденности для оппонента. Скажем, на замечание «Вы всегда первым уходите домой!» можно ответить «Да, потому что я единственный, кто в рабочее время выполняет не только свою работу». При этом автор делает оговорку, что совокупность приемов нейтральна, честными или нечестными они становятся в зависимости от цели их использования . С этим нельзя не согласиться. Так, манипуляцию репутацией находим в романе А. Хейли «Отель» («Hotel”). В ходе переговоров о продаже гостиницы владелец заявляет, что было бы нечестным по отношению к сотрудникам лишить их рабочих мест. В пример приводится пользующийся доверием бармен Эрлшор. В ответ покупатель применяет тот самый черный пиар/дискредитацию, поскольку выставляет сотрудника отеля в невыгодном свете. От этого неизбежно страдает имидж всей организации, что убеждает владельца отеля в необходимости продажи: «I’ve information that he’s bleeding you white. A high percentage of your bar profit is being skimmed off… Your supposedly loyal staff is riddled with corruption. There’s scarcely a department in which you aren’t being robbed and cheated. Naturally, I haven’t all the details, but those I have you’re welcome to” . Прагматический эффект усиливается эмоционально окрашенными метафорами (bleeding you white, skimmed off). Применяются тактики издевки (supposedly loyal staff), преувеличения (riddled with corruption, scarcely a department). Намеренная подача негативной информации имеет целью ликвидацию бизнеса и дискредитацию.

Вербальные средства воздействия имеют особое значение в конфликтных ситуациях при наличии неполной и недостоверной информации. Они восполняют отсутствующую информацию или представляют ложную информацию истинной. То есть, происходит «парадоксальная трансформация онтологии мира» — введение в заблуждение, управление сознанием . Специалисты по медиакоммуникациям Дж. Брайант и С. Томпсон описывают четыре типа искажения информации применительно к новостным сообщениям (манипулятивное акцентирование): драматизацию, нормализацию, персонализацию, фрагментацию . Персонализация привлекает больше внимания к конкретным личностям, нежели к пробле-

мам, поднимаемым в сюжете. Фрагментация освещает отдельные эпизоды, а не всю картину в целом, что не позволяет оценить положение дел в целом. Драматизация представляет событие более эмоционально, чем оно того заслуживает. Нормализация приуменьшает серьезность новости, преподносит ее как легко решаемую частную проблему . Подобные приемы искажения лежат в основе манипуляций в разных регистрах делового дискурса.

Например, в следующих новостных сообщениях для описания одного события используется различная прагматическая окраска, что позволяет говорить о тенденциозном изложении информации, которое приравнивается к искажению, и, следовательно, о манипулятивном речевом воздействии: Nestle in Talks on Deal. Nestle SA is in talks to buy Chinese candy maker Hsu Fu Chi International Ltd. in what would be one of the biggest foreign takeovers of a Chinese company. The discussions between Nestle and Hsu Fu Chi are at a delicate stage and still have a number of hurdles to clear, a person familiar with the matter said. Any deal for Hsu Fu Chi, which has a market value of $2.6 billion, is weeks away, the person added . Авторы преподносят факт поглощения компанией Нестле китайской кондитерской фирмы как весьма вероятное событие. Для этого используется стратегия драматизации, реализуемая тактиками преувеличения (когда речь идет о масштабе сделки (one of the biggest foreign takeovers)) и приуменьшения (когда описываются сроки и улаживание разногласий (weeks away, a number of hurdles to clear)). Несмотря на то, что данный этап переговоров характеризуется как «щекотливый», авторы торопятся с выводами (any deal is weeks away). Язык статьи экспрессивен и заставляет воспринимать сделку как довольно позитивное событие, хотя основанием для этого являются лишь слухи.

Напротив, в сообщении агентства Bloomberg по той же сделке наблюдается нормализация: автор выражает неуверенность в реализации этих планов, так как вопрос еще не решен и как решится — неизвестно: Nestle Said to Hold Takeover Talks With Chinese Candy Maker. Nestle SA, the world’s largest food company, has been holding talks to buy Hsu Fu Chi International Ltd. <…> The discussions have been on and off for about two years, according to three people, who declined to be identified because the talks are private. It isn’t clear whether Nestle will reach a deal .

Иная прагматическая окраска отражена уже в заголовке Said to hold talks: она снимает с авторов ответственность и формирует отношение к новости как не вполне достоверному событию. Использование глагольной формы продолженного времени (has been holding talks) подчеркивает незавершенность действия и отсутствие конкретного результата. Характеристика переговоров как прерывающегося процесса (on and off for about two years) вызывает сомнение в вероятности поглощения (It isn’t clear).

Иную стратегию — персонализацию, призванную сосредоточить внимание на личности человека, а не на проблеме, можно продемонстрировать на примере следующего фрагмента из книги Дж. Арчера «Каин и Авель»

(«Kane and Abel”). Бывший председатель банка Чарльз Лестер в завещании выразил пожелание, чтобы банк возглавил Уильям Кейн. На собрании совета директоров намечаются кандидатуры для выборов. Кейн в своей речи использует стратегию персонализации, постоянно подчеркивая значение последнего желания Чарльза Лестера (in compliance with Charles Lester’s wishes, it was Charles Lester’s wish, to take his wishes seriously): «I am, gentlemen, at present vice chairman of Kane and Cabot <…> Kane and Cabot was founded by my grandfather, and I think it compares favourably in reputation, though not in size, with Lester’s. Were I required to leave Boston and move to New York to become the next chairman of Lester’s, in compliance with Charles Lester’s wishes, I cannot pretend the move would be an easy one for myself or for my family” .

Персонализация используется им и далее для придания весомости своей позиции за счет авторитета упоминаемого человека (he was not a man to make such a proposition lightly). Представление говорящего как имеющего хорошую репутацию (compares favourably in reputation), уважающего порядки компании (bound to take his wishes seriously myself), усиливается выражением почтения к семье и погибшему сыну Лестера (my closest friend, I consider it a tragedy): However, as it was Charles Lester’s wish that I should do just that — and he was not a man to make such a proposition lightly — I am, gentlemen, bound to take his wishes seriously myself. I would also like to add that his son, Matthew Lester, was my closest friend for over fifteen years, and I consider it a tragedy that it is I, and not he, who is addressing you today as your nominated chairman.”

Тактика противопоставления (интересы собственного банка — интересы банка Lester’s) (My own chairman has asked me to stay on — I will sacrifice everything) позволяет убедить слушателей в серьезности претендента и его искреннем желании полностью отдать себя новому делу. Стратегия персонализации является в данном дискурсе вспомогательной, дополняя основную стратегию самопрезентации, на которую работают компоненты каждого из высказываний: «Gentlemen, if I am fortunate enough to secure your support today, I will sacrifice everything I have in Boston in order to serve you. I hope it is unnecessary for me to give a detailed account of my banking experience. I shall assume that any director present who has read Charles Lester’s will must have taken the trouble to find out why he thought I was the right man to succeed him. My own chairman, Anthony Simmons, whom many of you know, has asked me to stay on at Cane and Cabot” .

Примером фрагментации в манипулятивных целях может послужить отрывок из романа A. Хейли «Менялы» («Moneychangers”). Главный герой Роско Хейворд, исполнительный вице-президент банка, вербует сторонников в связи с уходом президента. Его цель — воздействовать на собеседников таким образом, чтобы они предпочли его кандидатуру сопернику. Разговаривая с одним из директоров банка, Хейворд, искусный манипулятор, выстраивает дискурс в абсолютно непредвзятом ключе. В разговоре

он не затрагивает кандидатуру будущего президента, а делает акцент на заботе об имидже банка. Стратегия убеждения собеседника в необходимости найти преемника строится на так называемой тактике «свой круг», подчеркивающей солидарность, общность интересов и настроений: «What concerned me most is that the directors were not informed first. I felt they should have been. But since they weren’t, I considered it my duty to advise you and the others immediately”; «I agree with you, Roscoe,” the voice on the telephone said. «I believe we should have been told, and I appreciate your thinking”; «Thank you, Harold. At a time like this, one is never sure exactly what is best. The only thing certain is that someone must exercise leadership” .

Имплицитно подводя собеседника к нужному решению, Роско проявляет беспокойство об общем деле, апеллирует к таким корпоративным ценностям, как престиж банка. Используя подчеркнуто официальную лексику (I considered it my duty to advise you), он выдерживает деловой тон разговора и подчеркивает почтительное отношение к мнению и интересам собеседника. Демонстрируя дружбу и преданность, говорящий также использует менее формальное обращение, несмотря на официальный характер разговора: «Thank you, Harold”. В итоге Хейворду удается имплицитно воздействовать на собеседника, убедить его в необходимости действовать решительно. Прибегая к фрагментации, он создает впечатление, что скрытая цель (обеспечить поддержку на выборах) не имеет для него значения и благодаря данной уловке добивается выгодного для себя результата, как видно по ответу партнера (So I’m willing to pledge you my support).

Особенности операций человеческого мышления также дают почву для манипуляций. Так, существует мнение, что на современном этапе развития информационных технологий человек все чаще будет прибегать к «упрощенному подходу», основанному на сужении внимания . Это значит, что внимание человека может быть сосредоточено только на небольшом объеме из всего многообразия доступной информации и иногда придется «принимать решения автоматически, учитывая лишь какой-то один элемент» . Манипуляция происходит, когда единичные сигналы провоцируют принятие ошибочных решений, приносящих выгоду манипулятору. Объект манипуляции в таком случае механически реагирует на сигнал, не ожидая подвоха. Происходит эксплуатация склонности к схемам упрощенного поведения, основанным на стереотипах. Они могут быть следующими: делай как все (принцип социального доказательства), верни то, что дал тебе другой (принцип взаимности), действия должны соответствовать принятым ранее решениям и обязательствам (принцип последовательности и обязательства), дружелюбный человек действует в моих интересах (принцип благорасположения), необходимо абсолютно повиноваться авторитету (принцип авторитета), если товар в дефиците, он мне нужен (принцип дефицита).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Так, в рассказе «Дело принципа» («A Matter of Principle”) Дж. Арчера речь идет о принятой в Мексике деловой традиции действовать через по-

Представителя британской фирмы призывают работать так, как принято, что фактически потребует подкупа. Ожидается, что бизнесмен не будет разбираться в деталях и последует принципу социального доказательства, хотя инициатор такого поворота дела уклоняется от личной ответственности за это предложение: «And I wouldn’t want you to start now”, replied Heath. «The Mexican is far too experienced in business etiquette for anything as clumsy as that to be suggested, but while the law requires that you appoint a Mexican agent, it must make sense to try and sign up the minister’s man, who in the end is the one person who can ensure that you will be awarded the contract”.

Манипулятивная стратегия опирается на необходимость быстро принять решение. Используется тактика уговоров (it must make sense, the one who can ensure). При этом факт, что взятка превысит прибыль бизнесмена, замалчивается. Несмотря на то, что предлагается противозаконное действие, данный речевой шаг в контексте деловых потребностей партнера Хита приобретает результативный характер, поскольку это единственный способ исполнить его заветное желание — получить выгодный контракт.

«But to part with nearly four million dollars to such an individual.”

«I agree with you, sir, but that is the way business is conducted here” .

Таким образом, скрытое речевое воздействие в данном дискурсе имеет целью ускорить принятие невыгодного для коммуниканта решения. Оно основано на особенностях социального поведения человека (делай, как принято). Способность реципиента к анализу ситуации и последствий принятия такого решения помогает распознать манипуляцию и более глубоко продумать условия сделки.

Другой распространенной стратегией манипулирования, основанной на имплицитных свойствах английского дискурса, является так называемый doublespeak (демагогия, двусмысленность, лицемерие ). В данной стратегии высказыванию придается форма, препятствующая пониманию его содержания с целью введения собеседника в заблуждение, представления невозможного реальным, странного обычным, ненормального здравым . Doublespeak обусловлен прагматической установкой говорящего на сокрытие информации либо изображение нежелательных фактов в более выгодном свете.

Doublespeak может выражаться разнообразными языковыми средствами, такими как: эвфемизмы (unlawful or arbitrary deprivation of life = killing); жаргонизмы (organoleptic analysis = smelling); канцеляризмы и штампы (at the end of the day, at this moment of time); многословие («I guess I should warn you, if I turn out to be particularly clear, you’ve probably misunderstood what I’ve said”(A. Greenspan); напыщенный язык («inflated language”) (pre-owned/experienced cars = used cars) .

Doublespeak находит применение в различных сферах делового дискурса. В области трудовых отношений он применяется, например, при необходимости нейтрализовать негативные коннотации понятий, связанных с потерей работы. Так, уволенного сотрудника можно назвать не fired/laid off, a selected out, placed out, non-retained, released, dehired. Процесс увольнения — restructuring, downsizing, reduction activities. Безработного корректно назвать не unemployed, а a person in an orderly transition/ between career changes. Названия профессий облекаются в более респектабельную форму, придавая их обладателям больше престижа: janitors — building superintendents, repairman — service technician, stock brokers — portfolio managers/registered representatives.

С усилением тенденции совместного управления (participative management) руководители избегают употребления слова employee и заменяют его на associate, partner, team member, stakeholder, а коллектив называют family, people. Таким образом, языковые манипуляции, преувеличивающие роль даже самого низшего звена, направлены на повышение мотивации и консолидацию всех сотрудников.

В области финансов абстрактные именования маскируют нежелательную информацию, которая может негативно повлиять на имидж компании или государства. В связи с мировым экономическим кризисом часто приходится слышать различные синонимы слова crisis — recession, economic breakdown, slump. Называя рецессию периодом ускоренного негативного роста (recession — period of accelerated negative growth), отправитель сообщения реализует целый ряд задач: убеждает слушателя в том, что ситуация временна и не безвыходна; пытается уйти от ответственности оценки; смягчает негативную коннотацию. Тот же механизм воздействия используется при заменах profit — negative deficit/ revenue excesses, monthly bills -energy documents, bad loan/ bad debt — rescheduled/ rolled over, problem loans — nonperforming assets.

Doublespeak широко используется для создания более привлекательного имиджа организаций. Так, в сообщении о финансовых потерях компании Lazard Ltd. doublespeak представлен манипулятивной стратегией смягчения, которая реализуется тактикой преувеличения. Начало года фирма называет многообещающим (promising) вопреки «напряженному» (challenging) предыдущему периоду. Как известно, слово challenging несет в себе положительную коннотацию: трудный, но интересный, мобилизующий способности фирмы: «Lazard Ltd. swung to a fourth-quarter loss as it struggled with a slump in advisory revenue and higher-than-expected compensation costs, despite slashing year-end bonuses.

Мнение автора статьи о реальном состоянии дел Lazard не так оптимистично: он характеризует его словами a slump in revenue, higher-than-

expected costs, slashing bonuses. При этом происходит искажение истинного положения вещей. Часть смысла, характеризующая степень бедствия, таким образом, выражена в обоих случаях. Однако автор статьи преувеличивает ее, а представители компании приуменьшают. Таким образом, прагматическое воздействие на читателя достигается за счет манипулятив-ной стратегии doublespeak, направленной на корректировку имиджа организации.

Разнообразие используемых манипулятивных стратегий позволяет сделать вывод о коммуникативной незащищенности участников делового (в данном случае) общения. Многочисленные каналы и уязвимые места сознания и речевой деятельности коммуникантов приводят к активному злоупотреблению «нечестными» методами речевого воздействия. Отсюда понятна необходимость распознавания как скрытого, так и открытого влияния, а также выработки адекватных техник реагирования, а зачастую и противостояния или нейтрализации предполагаемого эффекта.

Список литературы

1. Баранов А.Н. Что нас убеждает? (Речевое воздействие и общественное сознание). — М.: Знание, 1990.

2. Брайант Дж., Томпсон С. Основы воздействия СМИ. — М.: Вильямс, 2004.

3. Бредемайер К. Черная риторика: власть и магия слова. — М.: Альпина Пабли-шерз, 2011.

4. Доценко Е.Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита. — М.: ЧеРо; Юрайт, 2000.

5. Зарецкая Е.Н. Деловое общение: учеб.: в 2 т. — М.: Дело; АНХ, 2008. — Т. 1.

6. Иссерс О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи. — М.: Еди-ториал УРСС, 2003.

8. Пономаренко Е.В. Системность функциональных связей в современном английском дискурсе: дис. … д-ра филол. наук. — М., 2004.

9. Словарь ABBYY LINGVO. — 2013. — :

11. Чалдини Р. Психология влияния. Как научиться убеждать и добиваться успеха. — М.: Эксмо, 2012.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

14. Язык и моделирование социального взаимодействия / сост. В. М. Сергеев, П. Б. Паршин. — М.: Прогресс, 1987.

15. Archer J. A Matter of Principle // A Quiver Full of Arrows. — London: Pan Books, 2003. — P. 189 — 214.

16. Archer J. Kane and Abel. — New York: St. Martin’s Paperbacks Edition, 2004.

17. Hailey A. Hotel. — СПб.: Антология, КАРО, 2008.

18. Hailey A. The Moneychangers. — Cavaye Place, London: Pan Books, 1989.

19. Lambdin W. Doublespeak Dictionary. — Los Angeles: Pinnacle Books, 1979.

20. Lazard Swings to Fourth-Quarter Loss // The Wall Street Journal. — 6 Feb. 2012. —

: http://online.wsj.com/article/SB10001424052970204369404577206

21. Lutz W. Doublespeak. — NY: Harper & Row, Publishers, 1989.

УДК 811.111 ’38:811.11142

ББКШ143.21-55+Ш143.21-006.21 ГСНТИ 16.21.27; 16.21.55 Код ВАК 10.02.04

Д. А. Скулимовская

Иркутск, Россия

СТРАТЕГИИ И ТАКТИКИ В ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ (НА МАТЕРИАЛЕ ВЫСТУПЛЕНИЙ Б. ОБАМЫ)

АННОТАЦИЯ. В статье рассматриваются стратегии и тактики политического дискурса на материале международных выступлений 44-го президента США Барака Обамы (выступления на 68-й, 69-й и 70-й сессиях Генеральной Ассамблеи ООН, обращение к Конгрессу США 2015 года). В статье приводятся результаты исследований российских и зарубежных лингвистов в сфере изучения коммуникативных стратегий и тактик, а также их различных классификаций. Под коммуникативной стратегией понимается коммуникативная макроинтенция, которая обусловливает речевое поведение коммуниканта. Коммуникативная тактика определяется как интенция, которая детерминирует конкретный речевой акт в соответствии с протекающей речевой ситуацией. В статье отмечается, что политический дискурс политического деятеля в вопросах внешней политики отличается техно-логизацией и учетом определенной заданной программой курса внешней политики государства, а не субъективных стратегий политика. Анализ стратегий и тактик на конкретном материале показал, что продемонстрированный подход с использованием трех основных стратегий (стратегия на понижение, стратегия на повышение и стратегия театральности), в каждой из которых выделяется ряд тактик, может быть успешно применен для исследования политического дискурса.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: политический дискурс; политическая риторика; политические речи; коммуникативные стратегии; коммуникативные тактики; языковая личность; американские президенты.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ: Скулимовская Дарья Анатольевна, старший преподаватель, Институт филологии, иностранных языков и медиакоммуникации, Иркутский государственный университет; 664025, Россия, Иркутск, ул. Ленина, 8; e-mail; darya_irk@mail. ru.

Целью речевой деятельности является реализация собственных интенций и достижение перлокутивного эффекта от коммуникативного взаимодействия с адресатами. Главным мотивом политического дискурса является убеждение и побуждение адресата к действию, в котором заинтересован адресант-политик . Данный факт требует от говорящего использования определенного плана речевого поведения. Таким планом для достижения поставленной цели принято номинировать стратегию, а инструментом ее осуществления — тактику.

Термины «стратегия» и «тактика» обычно рассматривают взаимосвязанно, так как воплощение стратегии без конкретных «шагов» (тактик) невозможно, так же как необходима единая направленность производимых тактик. Коммуникативной стратегией является коммуникативная макроинтенция, которая обусловливает речевое поведение коммуниканта, а коммуникативная тактика — интенция, обуславливающая конкретный речевой акт в соответствии с протекающей ситуации .

С другим синонимичным термином, «технологии», стратегия различается в области референции: использование понятия «стратегия» предпочтительнее, когда речь идет об отдельном человеке как свободном субъекте действия, а «технология» — о группе людей, действующей в рамках жестко детерминированной системы . При исследовании политического дискурса каждого видного политического деятеля мы должны принимать во внимание тот факт, что в его аппарате работает целая команда специалистов, таких как спичрайтеры, имиджмейкеры, специалисты по РР технологиям, секретари, полит-социологи и

др. Следовательно, несмотря на то, что автором дискурса является непосредственно сам политик, тексты его официальных выступлений подготавливаются данными специалистами (естественно, с учетом политических взглядов, позиций этого политика и политической ситуации государства в целом), из чего можно сделать вывод, что, когда исследуется прагматическая составляющая политического дискурса международного политика, рассматриваются не его субъективные стратегии, а скорее политические технологии его команды и правительства государства.

Исследования, посвященные стратегиям и тактикам, часто были связаны с их классификацией и обобщением. Так, например, Ч. Ларсон, анализируя способы речевого воздействия, пришел к выводу, что их можно свести к двум основным когнитивным стратегиям: интенсификации/усиления (акцентирование на чужих недостатках и своих достоинствах) и преуменьшения/понижения (сглаживание своих недостатков и принижение чужих достоинств) . Разрабатывая данный вопрос применительно к политическому дискурсу, Т. А. ван Дейк по такому же принципу выделяет две основные стратегии: положительной самопрезентации и негативной репрезентации оппонента .

В номенклатуре стратегий политического дискурса, предложенной О. Л. Михалевой, стратегии, используемые политическими деятелями, выделены по схожим параметрам и делятся на три типа: стратегия на понижение, стратегия на повышение и стратегия театральности . Несмотря на универсальность применения предложенной классификации, важно отме-

© Скулимовская Д. А., 2017

тить, что данные тактики весьма умозрительны, поэтому возможно выдвижение других стратегий и тактик и распределение их по другим группам. Первая стратегия, на понижение (1), применяется для дискредитации политического противника, следовательно, тактики, используемые в данной стратегии, эксплицитно или имплицитно формируют отрицательное мнение о предмете коммуникации и направлены на то, чтобы дестабилизировать конкурента. Данная стратегия осуществляется при помощи шести тактик:

1.1. Тактика «анализ-«минус»».

1.2. Тактика обвинения.

1.3. Тактика безличного обвинения.

1.4. Тактика обличения.

1.5. Тактика оскорбления.

1.6. Тактика угрозы . Следующая стратегия политического

дискурса, на повышение (2), выражает желание адресанта возвысить себя над противником, тем самым придать большую значимость собственному статусу. Реализуется данная стратегия благодаря использованию следующих тактик:

2.1. Тактика анализ-«плюс».

2.2. Тактика презентации.

2.3. Тактика неявной самопрезентации.

2.4. Тактика самооправдания.

2.5. Тактика отвода критики.

Стратегия театральности (3) политического дискурса формируется на основе учета говорящим аудитории (адресата-наблюдателя), т. е. потенциального избирателя. По мнению Е. И. Шейгал, театральность политического дискурса связана с тем, что народ (непрямой адресат дискурса) воспринимает политические события как некое зрелищное представление, которое специально для него разыгрывают . Данная стратегия представлена девятью тактиками:

3.1. Тактика предупреждения.

3.2. Тактика побуждения.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3.3. Тактика кооперации.

3.4. Тактика размежевания.

3.5. Тактика информирования.

3.6. Тактика обещания.

3.7. Тактика прогнозирования.

3.8. Тактика иронизирования.

3.9. Тактика провокации.

Рассмотрим применение перечисленных выше стратегий и тактик на примере политического дискурса президента США Барака Обамы. 28 сентября 2015 г. на 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН Б. Обама говорил о многих мировых проблемах, особое внимание уделяя кризису на Ближнем Востоке. Президент высказал свое отношение к действиям руководства Сирии следующим

образом:

Assad reacted to peaceful protests by escalating repression and killing that, in turn, created the environment for the current strife. And so Assad and his allies cannot simply pacify the broad majority of a population who have been brutalized by chemical weapons and indiscriminate bombing. Yes, realism dictates that compromise will be required to end the fighting and ultimately stamp out ISIL. But realism also requires a managed transition away from Assad and to a new leader, and an inclusive government that recognizes there must be an end to this chaos so that the Syrian people can begin to rebuild . — Асад ответил на мирные протесты эскалацией репрессий и убийств, что, в свою очередь, послужило созданием условий для нынешней войны. Таким образом, Асад и его союзники не в состоянии восстановить порядок среди большинства людей, буквально озверевшего от химического оружия и беспорядочных бомбардировок. Да, реализм диктует компромисс, который призывает закончить борьбу и искоренить ИГИЛ (организация запрещена в РФ. — ред.). Но реализм также требует смены лидера и правительства, признающих, что этому хаосу нужно положить конец для того, чтобы сирийский народ мог начать путь к восстановлению.

В данном высказывании явно прослеживается дискредитация политического оппонента при помощи стратегии на понижение, а именно тактики «анализ-«минус»» (1.1), которая представляет собой изображение какой-либо ситуации и ее участников в негативном свете.

В частности, отрицательный образ политического соперника (правительство Сирии во главе с Башаром Асадом) создается при помощи использования следующих лексем:

— repression — the action of subduing someone or something by force ;

— killing — an act of causing death, especially deliberately ;

— brutalize — to treat someone in a cruel or violent way ;

— chemical weapon — a weapon that depends for its effect on the release of toxic or noxious chemicals ;

— bombing — an act or instance of dropping or detonating a bomb somewhere .

В своем обращении к Конгрессу США 2015 г. президент США Б. Обама сделал основными две стратегии политического дискурса: первая — на повышение, которая выражает стремление говорящего возвысить и увеличить значимость собственного статуса при помощи тактики презентации (2.2) кого-

либо или чего-либо в красивом образе; вторая — стратегия театральности, направленная на потенциального избирателя и реализуемая при помощи тактики кооперации (3.3), согласно которой говорящий обращается к каждому адресату и взывает к важным для себя ценностям.

Tonight, after a breakthrough year for America, our economy is growing and creating jobs at the fastest pace since 1999. Our unemployment rate is now lower than it was before the financial crisis. More of our kids are graduating than ever before; more of our people are insured than ever before; we are as free from the grip of foreign oil as we’ve been in almost 30 years. Tonight, for the first time since 9/11, our combat mission in Afghanistan is over. Six years ago, nearly 180,000 American troops served in Iraq and Afghanistan. Today, fewer than 15,000 remain. And we salute the courage and sacrifice of every man and woman in this 9/11 Generation who has served to keep us safe. We are humbled and grateful for your service . — Этот год был впечатляющим для Америки, наша экономика растет и создает рабочие места в самом быстром темпе с 1999 года. Уровень безработицы в нашей стране снизился по сравнению с его состоянием до финансового кризиса. Все больше наших детей получает высшее образование; все больше наших граждан застрахованы, чем когда-либо; мы также больше не находимся в кабале из-за импортной нефти, в которой были почти 30 лет. Впервые после событий 11 сентября 2001года наша боевая миссия в Афганистане закончена. Шесть лет назад почти 180 000 американских солдат служили в Ираке и Афганистане. На сегодняшний день их количество меньше 15 000. И мы приветствуем храбрость и жертвенность каждого мужчины и женщины поколения 11 сентября, которые оберегали нас. Мы преклоняемся и благодарны вам за службу.

Привлекательный имидж собственной страны создается благодаря использованию следующих сочетаний лексических единиц: economy is growing, creating jobs, unemployment rate is lower, kids are graduating, people are insured, we are free from the grip of foreign oil. Созданию позитивного образа также способствует решение вопроса о выводе солдат из опасных регионов: our combat mission in Afghanistan is over и др.

Призыв к ценностям потенциального электората осуществляется при помощи следующих высказываний: we salute the courage and sacrifice of every man and woman

in this 9/11 Generation who has served to keep us safe; we are humbled and grateful for your service. А употребленные в этих высказываниях лексемы создают образ почтительности/признательности за служение стране, ср.:

— salute — to salute a person or their achievements means to publicly show or state your admiration for them ;

— courage —_ the power or quality of dealing with or facing danger, fear, pain, etc. ;

— served — perform duties or services for (another person or an organization) ;

— be humbled — to be lower in condition, rank, or position; abase ;

— be grateful — to feel that you want to thank someone because of something kind that they have done .

В том же выступлении применены одновременно две стратегии политического дискурса — на понижение и на повышение:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Second, we are demonstrating the power of American strength and diplomacy. We are upholding the principle that bigger nations can’t bully the small — by opposing Russian aggression, supporting Ukraine’s democracy, and reassuring our NATO allies. Last year, as we were doing the hard work of imposing sanctions along with our allies, some suggested that Mr. Putin’s aggression was a masterful display of strategy and strength. Well, today, it is America that stands strong and united with our allies, while Russia is isolated, with its economy in tatters . — Во-вторых, мы демонстрируем власть американской силы и дипломатии. Противостоя российской агрессии, оказывая помощь демократии Украины и убеждая наших союзников в НАТО, мы поддерживаем принцип, согласно которому крупные страны не могут притеснять меньшие. В прошлом году из-за того, что мы сотрудничали с нашими союзниками, налагая санкции, некоторые посчитали, что агрессия г-на Путина была мастерским проявлением стратегичности и могущественности. Но сегодня Америка — это сильная страна, имеющая союзников, в то время как Россия изолирована, а ее экономика разрушена.

Первая стратегия на понижение дискредитирует политического оппонента при помощи тактики обвинения (1.2): обличаются негативные качества противника и ему приписывается вина за совершенные им действия, при этом предъявляемые претензии часто бездоказательны. Руководство России обвиняется в агрессивной демонстрации

силы на территории Украины: opposing Russian aggression; Mr. Putin’s aggression was a masterful display of strategy and strength.

Вторая стратегия выражает стремление говорящего возвысить себя над соперником и поднять значимость собственного статуса. Применяемая в данном примере тактика презентации (2.2) заключается в представлении себя в красивом, выигрышном образе. Говорящий превозносит успехи руководства США в международной дипломатии: we are demonstrating the power of American strength and diplomacy; we are upholding the principle that bigger nations can’t bully the small; supporting Ukraine’s democracy.

Однако, как говорилось выше, выделенные тактики весьма условны, поэтому данный пример допускает иную трактовку: в нем можно усмотреть тактику сравнения себя и оппонента в свою пользу, т. е. Америка представляется как экономически и дипломатически сильная страна, поддерживаемая другими государствами, а Россия — экономически и политически изолированная.

На 68-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН 2013 года 26 сентября Барак Обама выступил с речью, в которой прослеживается несколько стратегий политического дискурса, например стратегия на повышение, в которой можно отметить тактику самооправдания (2.5):

I believe America must remain engaged for our own security. But I also believe the world is better for it. Some may disagree, but I believe America is exceptional — in part because we have shown a willingness through the sacrifice of blood and treasure to stand up not only for our own narrow self-interests, but for the interests of all . — По моему мнению, Америка должна и дальше принимать участие <в военных действиях> ради собственной безопасности. Я также считаю, что в мире от этого станет только лучше. Кто-то может не согласиться, но я уверен, что Америка — исключительная страна. Потому что, помимо всего прочего, мы показали свою готовность проливать кровь и не жалеть средств, отстаивая не только собственные интересы, но также и интересы всего мира.

При помощи использованных автором высказывания лексем создается семантическое поле, которое представляет США как исключительную «страну-добродетель»:

— exceptional — unusually good; outstanding ;

— willingness — the quality or state of being prepared to do something; readiness ;

— sacrifice — if you sacrifice something that

is valuable or important, you give it up, usually to obtain something else for yourself or for other people ;

— treasure — a group of valuable things such as gold, silver, jewels etc. .

Тактика самооправдания состоит в отрицании негативных представлений: так, в данном примере идет оправдание военных действий США на территории других стран тем, что они проводятся не ради своих интересов, а ради интересов всего мира, а потери военнослужащих и денежные затраты оправдываются высокими целями.

На 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН 2015 г. в выступлении Барака Обамы относительно России прослеживается стратегия на понижение и избрана тактика «анализ-«минус»» (1.1), которая представляет собой описание ситуации в целом и ее участников при негативном к ней отношении:

Now, within Russia, state-controlled media may describe these events as an example of a resurgent Russia — a view shared, by the way, by a number of U.S. politicians and commentators who have always been deeply skeptical of Russia, and seem to be convinced a new Cold War is, in fact, upon us. And yet, look at the results. The Ukrainian people are more interested than ever in aligning with Europe instead of Russia. Sanctions have led to capital flight, a contracting economy, a fallen ruble, and the emigration of more educated Russians . — Итак, российские СМИ, контролируемые государством, могут охарактеризовать эти события как пример возродившейся России. С точки зрения многих американских политиков и экспертов, всегда довольно скептически относившихся к России, эти события по своей сути могут быть признаны для нас новой холодной войной. Но все же взгляните на результаты. Украинцы больше, чем когда-либо, заинтересованы в союзе с Европой, а не с Россией. Санкции привели к оттоку капитала, уменьшению заключенных контрактов, падению рубля и эмиграции более образованных русских.

Ситуация в России, описанная Б. Оба-мой, представляется как политическая и экономическая блокада с тяжелыми условиями работы и жизни. Для создания данного имиджа страны использованы следующие лексические сочетания: been deeply skeptical of Russia; a new Cold War; capital flight; a contracting economy; a fallen ruble; the emigration of more educated Russians.

В продолжение своей речи президент США использует стратегию на повышение с тактикой отвода критики (2.4) и стратегию

театральности с тактикой побуждения (3.2):

Imagine if, instead, Russia had engaged in true diplomacy, and worked with Ukraine and the international community to ensure its interests were protected. That would be better for Ukraine, but also better for Russia, and better for the world — which is why we continue to press for this crisis to be resolved in a way that allows a sovereign and democratic Ukraine to determine its future and control its territory. Not because we want to isolate Russia — we don’t — but because we want a strong Russia that’s invested in working with us to strengthen the international system as a whole . — Представьте, если бы вместо этого Россия действовала в рамках истинной дипломатии, сотрудничала с Украиной и международным сообществом, обеспечивая защиту интересов страны. Это было бы лучше как для Украины, так и для России, и лучше для всего мира. Вот почему мы продолжаем требовать, чтобы этот кризис был разрешен таким образом, что суверенная и демократическая Украина сама бы определяла свое будущее и контролировала свою территорию. Не потому, что мы хотим изолировать Россию, мы этого не хотим, а потому, что мы хотим сильную Россию, которая внесет свой вклад в усиление международной системы в целом.

Тактика отвода критики (2.4) применяется для оправдания США из-за пролонгирования санкций в отношении России, которой вменяется вина за политический и экономический кризис.

Тактика побуждения (3.2) заключается в стремлении призвать руководство России пойти на дипломатическое сотрудничество, при этом удовлетворить всем требованиям США: we want a strong Russia that’s invested in working with us to strengthen the international system as a whole.

Заканчивая свою речь, Б. Обама прибегает к другим стратегиям политического дискурса: стратегии на повышение с тактикой презентации (2.2) и стратегии театральности с тактикой кооперации (3.3). Первая заключается в представлении кого-либо или чего-либо в привлекательном образе, а при помощи второй говорящий обращается к слушающему, апеллируя к его идеям и ценностям:

the world — you can find everybody from everywhere here in New York City — the fact that, in this country, everybody can contribute, everybody can participate no matter who they are, or what they look like, or who they love — that’s what makes us strong .— Именно в этом (т. е. в демократии. — прим. пер.), я считаю, заключается самая большая сила Америки. Не все в Америке согласятся со мной. И это и есть демократия. Я верю, что вы можете гулять по улицам этого города прямо сейчас и проходить мимо церквей, синагог, храмов и мечетей, где люди молятся свободно. Я верю, что наша страна иммигрантов отражает разнообразие мира, так как вы можете найти людей здесь в Нью-Йорке отовсюду. Я верю, что в этой стране каждый может вносить свой вклад, каждый может участвовать в жизни страны независимо от того, кто он, или как он выглядит, или кого он любит. Эти факты и делают нас сильными.

Используя тактику (2.2), Б. Обама представляет Америку в привлекательном образе великой демократической страны (America’s greatest strength; democracy; the diversity of the world) с равными правами и возможностями для всех ее граждан (everybody can contribute; everybody can participate; no matter who they are). Также говорящий особо акцентирует внимание слушающих на равноправии и разнообразии людей при помощи перечисления различных религиозных конфессий, к которым могут относиться жители США: churches; synagogues; temples; mosques.

Разделяя ценности демократии, равенства, поддерживая их и обращаясь к ним, говорящий сам предстает в выигрышном образе перед слушающими, при этом призывает их к дальнейшему сотрудничеству.

Итак, рассматривая политический дискурс политика, который выступает в рамках государственной программы, особенно в вопросах внешней политики, мы можем говорить о технологизации политического дискурса, где используется ряд стратегий и тактик. Анализ стратегий и тактик на конкретном материале показал, что данный подход к исследованию может быть применен для изучения политического дискурса, так как позволяет выявлять как эксплицитные, так и имплицитные интенции политического адресанта. Проанализированный материал показал, что в международных выступлениях Барака Обамы активно используется как стратегии на понижение, на повышение, так и тактика стратегии театральности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Демьянков В. З. Политический дискурс как предмет политологической филологии // Политическая наука. Политический дискурс: история и современные исследования / ИНИОН РАН. 2002. № 3. С. 32—43.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2. Дейк Т. А. ван. Дискурс и власть: репрезентация доминирования в языке и коммуникации. — М. : Либроком, 2013. 344 с.

3. Михалева О. Л. Политический дискурс. Специфика ма-нипулятивного воздействия. — М. : Либроком, 2009. 256 с.

4. Плотникова С. Н. Дискурсивные технологии и дискурсивное оружие как реалии современной информационной эпохи // Технологизация дискурса в современном обществе : кол. моногр. — Иркутск : ИГЛУ, 2011. С. 6—45.

6. Чернявская В. Е. Дискурс власти и власть дискурса: проблемы речевого воздействия. — М. : Флинта : Наука, 2006. 134 с.

7. American Rhetoric. URL: http://www.americanrhetoric.com (date of access: 17.01.2016).

8. CAED = Cobuild Advanced English Dictionary, 5th ed. — London : HarperCollins Publishers, 2006. 1344 p.

9. Larson C. U. Persuasion: reception and responsibility. — Belmont : Wadsnorth Publ. Company, 1995. 449 p.

10. LDCE = Longman Dictionary of Contemporary English. — Harlow : Longman Group UK Limited, 2000. 1610 p.

11. OWDLE = Oxford Wordpower Dictionary for Learners of English / ed. by Miranda Steel. — Oxford : Oxford Univ. Pr., 2003. 794 p.

12. The New York Times. URL: http://www.nytimes.com (date of access: 17.12. 2016).

13. The Telegraph. URL: http://www.telegraph.co.uk (date of access: 20.12. 2016).

D. A. Skulimovskaya

Irkutsk, Russia

STRATEGIES AND TACTICS IN POLITICAL DISCOURSE (BASED ON B. OBAMA’S SPEECHES)

2. Deyk T. A. van. Diskurs i vlast’: reprezentatsiya domini-rovaniya v yazyke i kommunikatsii. — M. : Librokom, 2013. 344 s.

3. Mikhaleva O. L. Politicheskiy diskurs. Spetsifika manip-ulyativnogo vozdeystviya. — M. : Librokom, 2009. 256 s.

6. Chernyavskaya V. E. Diskurs vlasti i vlast’ diskursa: prob-lemy rechevogo vozdeystviya. — M. : Flinta : Nauka, 2006. 134 s.

7. American Rhetoric. URL: http://www.americanrhetoric.com (date of access: 17.01.2016).

8. CAED = Cobuild Advanced English Dictionary, 5th ed. — London : HarperCollins Publishers, 2006. 1344 p.

9. Larson C. U. Persuasion: reception and responsibility. — Belmont : Wadsnorth Publ. Company, 1995. 449 p.

10. LDCE = Longman Dictionary of Contemporary English. — Harlow : Longman Group UK Limited, 2000. 1610 p.

11. OWDLE = Oxford Wordpower Dictionary for Learners of English / ed. by Miranda Steel. — Oxford : Oxford Univ. Pr., 2003. 794 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.