Суд по интеллектуальным правам как кассационная инстанция

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2020 года.

Суд по интеллектуальным правам в составе:

председательствующего судьи Булгакова Д.А.,

судей Васильевой Т.В., Силаева Р.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича (ОГРНИП 311028012400084) на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 по делу N А27-90/2019,

по иску индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича к индивидуальному предпринимателю Ткаченко Андрею Сергеевичу (ОГРНИП 308420501400020) о взыскании компенсации.

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель Ибатуллин Азамат Валерьянович (далее — истец, предприниматель Ибатуллин А.В.) обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю Ткаченко Андрею Сергеевичу (далее — ответчик, предприниматель Ткаченко А.С.) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 16.07.2019 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Истец, не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального права и процессуального права, просит отменить обжалуемый судебный акт, и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В обоснование поданной кассационной жалобы истец указывает на то, что суд апелляционной инстанции уклонился от оценки сходства использованных ответчиком обозначений с принадлежащим истцу товарным знаком по свидетельству Российской Федерации N 182764 на основании действующего гражданского законодательства и методологических подходах.

Предприниматель выражает несогласие с выводом суда апелляционной инстанции об отсутствии вероятности или угрозы смешения обозначений сторон, основанным на осуществлении истцом и ответчиком деятельности в различных регионах. Полагает, что данный вывод сделан в нарушение положений статьи 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

Также заявитель кассационной жалобы считает неправомерным вывод суда апелляционной инстанции о наличии в действиях истца по подаче настоящего иска признаков злоупотребления правом, основанный на наличии иных дел с участием истца, не имеющих отношение к настоящему делу и носящих иной характер (связанных с оспариванием прав на объекты интеллектуальной собственности), а кроме того сделанный с нарушением норм процессуального права. По мнению истца, суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении иска, неправомерно указал на неиспользование самим истцом товарного знака, при наличии в материалах дела доказательств использования товарного знака лицензиатом истца.

Ответчик в отзыве не согласился с доводами, изложенными в кассационной жалобе истца, полагая, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, что нарушений судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права не допущено.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций предприниматель Ибатуллин А.В. является обладателем исключительного права товарный знак « » по свидетельству Российской Федерации N 182764, с датой приоритета 30.11.1995, зарегистрированного 20.12.1999 в отношении услуг «закупка товаров» 35-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее — МКТУ) и услуг «реализация товаров» 42-го класса МКТУ, с датой истечения срока действия исключительного права на товарный знак 30.11.2025.

Как указывал истец, товарный знак используется лицензиатом для индивидуализации магазина «1000 мелочей», находящегося по адресу: Республика Башкортостан, Уфимский район, д. Нурдино, ул. Центральная, 9.

Ссылаясь на то, что ответчик использует товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 182764 в качестве названия магазинов в г. Кемерово при осуществлении деятельности по реализации товаров без заключения лицензионного договора на использование товарного знака, тогда как используемое обозначение является сходным до степени смешения с товарным знаком истца, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковое заявление, констатировал принадлежность предпринимателю Ибатуллину А.В. исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 182764.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обозначение используемое ответчиком, тождественно товарному знаку истца по свидетельству Российской Федерации N 182764. На основании данного вывода суд первой инстанции констатировал, что в действиях ответчика по использованию указанного обозначения в коммерческой деятельности, при предоставлении услуг в магазине, содержится нарушение исключительного права истца на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 182764.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, исходил из недоказанности нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 182764. При этом суд апелляционной инстанции установил отсутствие сходства до степени смешения обозначения, используемого ответчиком в коммерческой деятельности с товарным знаком истца, а также установил наличие в действиях истца по подаче настоящего иска признаков злоупотребления правом, что является самостоятельным основанием для отказа от удовлетворения иска.

Суд по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, дополнении к ней и отзыве на нее, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для ее удовлетворения.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если ГК РФ не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

На основании пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Исходя из приведенных положений и с учетом части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

В рассматриваемом случае судами установлены факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак, что не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию истца с выводом суда апелляционной инстанций об отсутствии в действиях ответчика факта нарушения исключительного права истца на товарный знак.

Данные доводы подлежат отклонению на основании следующего.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд апелляционной инстанции, самостоятельно сравнив с позиции рядового потребителя обозначение ответчика и товарный знак истца, установил, что принадлежащий истцу товарный знак и обозначение, используемое ответчиком в вывеске магазина, имеют один сходный словесный элемент — слова «1000» и «мелочей», и имеют различия в изобразительных элементах.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции установил, что товарные знаки истца и обозначение, используемое ответчиком, различны по своему визуальному восприятию.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что используемое ответчиком обозначение не является ни тождественным, ни сходным до степени смешения с товарным знаком истца.

В силу частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Суд апелляционной инстанции провел самостоятельное сравнение товарного знака истца с обозначением, используемым ответчиком, установил их различие по визуальному признаку и пришел к обоснованному выводу об отсутствии между сравниваемыми обозначениями тождества, а также сходства до степени смешения.

Данный вывод суда, вопреки доводам кассационной жалобы, сделан с учетом положений Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482.

Кроме того, судом апелляционной инстанции, установлено, что территориально стороны осуществляют деятельность в разных регионах страны (Республика Башкортостан и город Кемерово).

Данное обстоятельство в совокупности с обстоятельством отсутствия сходства до степени смешения обозначения, используемого ответчиком и товарного знака истца, свидетельствует об отсутствии вероятности или угрозы смешения деятельности истца и ответчика.

В силу изложенных обстоятельств, установив отсутствие факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак, суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Обусловленное субъективным мнением заявителя кассационной жалобы несогласие с результатами, содержащейся в судебном акте суда апелляционной инстанции, оценки сходства сравниваемых обозначений не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствует о неправильном применении судом апелляционной инстанции норм материального или процессуального права.

Судебная коллегия считает, что ошибочная ссылка суда апелляционной инстанции в данном случае на положения статьи 1540 ГК РФ и правовых позиций суда кассационной инстанции в отношении коммерческих обозначений не привела к неверному выводу суда апелляционной инстанции об отсутствии нарушения ответчиком исключительных прав истца, поскольку данный вывод сделан судом как с учетом обстоятельств осуществления сторонами деятельности в разных регионах так и с учетом отсутствия сходства до степени смешения сравниваемых обозначений.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции дал мотивированную правовую оценку всей совокупности представленных в материалы дела доказательств и заявленных доводов, и пришел к верному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Судебная коллегия отмечает, что, являясь правообладателем товарного знака, истец имеет право на предъявление требований о взыскании компенсации (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ).

В пункте 154 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ. Вместе с тем суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом. Неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств использования самим истцом принадлежащего ему товарного знака, а также принимая во внимание сведения из открытого источника — Картотеки арбитражный дел, о том, что истец являлся инициатором судебных процессов в более чем 50 арбитражных дел, пришел к выводу о том, что действия предпринимателя по подаче настоящего иска являются злоупотреблением правом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

У суда кассационной инстанции в силу его особой компетенции, установленной главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют правовые основания для переоценки данного мотивированного вывода суда апелляционной инстанции.

С учетом изложенного, рассмотрев кассационную жалобу в пределах изложенных в ней доводов, коллегия судей полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанций в любом случае, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, обжалуемое постановление является законным и отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. Расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя этой жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 по делу N А27-90/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича — без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий
судья
Д.А. Булгаков
Судья Т.В. Васильева
Судья Р.В. Силаев

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

Решением Арбитражного суда г. Москвы (далее также – суд первой инстанции) от <…> г. (копия указанного решения прилагается к настоящей жалобе) исковые требования ООО «А» (далее так же – истец) к ООО «Т» (далее также – ответчик, заявитель жалобы) удовлетворены частично.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда №<…>от<…>г. в связи с установлением права преждепользования ответчика решение отменено, в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам (далее также – суд кассационной инстанции) от <…> г. постановление Девятого арбитражного апелляционного суда № <…> от <…> г. отменено и направлено на новое рассмотрение в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда (далее также – суд апелляционной инстанции) № <…> от <…> г. (копия указанного постановления прилагается к настоящей жалобе) решение суда первой инстанции оставлено в силе, апелляционная жалоба – без удовлетворения. Далее вышеназванные обжалуемые судебные акты также совместно именуются судебными актами, а по отдельности – судебный акт.

Цитаты из вышеназванных обжалуемых судебных актов, из представленных сторонами письменных доказательства, имеющихся в материалах дела, которые содержатся в настоящей кассационной жалобе (далее также — жалоба), приложения к настоящей жалобе, цитаты норм права в некоторых случаях оформлены в виде «курсива».

Настоящей жалобой не обжалуется постановление суда кассационной инстанции, однако ответчик вынужден в обоснование заявленных доводов также ссылаться на указанное постановление в связи с тем, что обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции принято судом апелляционной инстанции»с учетом указаний кассационного суда».

Прошу суд кассационной инстанции рассмотреть доводы настоящей жалобы и отменить решение суда первой инстанции, постановление суда апелляционной инстанции полностью, направить дело на новое рассмотрение в связи со следующим.

ОСНОВАНИЯ ОБЖАЛОВАНИЯ СУДЕБНЫХ АКТОВ

И ДОВОДЫ ЗАЯВИТЕЛЯ ЖАЛОБЫ

  1. Безусловные основания для отмены решения суда первой инстанции, постановления суда апелляционной инстанции: отсутствие в деле протоколов судебных заседаний суда первой инстанции.

Отсутствие в деле протоколов судебных заседаний.

В материалах дела отсутствуют:

  • — протокол судебного заседания от <…> г.
  • — протокол судебного заседания от <…> г.

Согласно ст. 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) в ходе каждого судебного заседания арбитражного суда первой инстанции, а также при совершении отдельных процессуальных действий вне судебного заседания ведется протоколирование с использованием средств аудиозаписи и составляется протокол в письменной форме.

В нарушение положений ч. 6 ст. 268 АПК РФ суд апелляционной инстанции не проверил наличие (отсутствие) нарушений норм процессуального права, которые в соответствии с ч. 4 ст. 270 АПК РФ являются основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

В силу п. 6 ч. 4 ст. 288 АПК РФ основаниями для отмены решения, постановления арбитражного суда в любом случае является отсутствие в деле протокола судебного заседания или подписание его не теми лицами, которые указаны в статье 155 АПК РФ.

В соответствии с п. 6 ч. 4 ст. 270, п. 6 ч. 4 ст. 288 АПК РФ отсутствие в деле протокола судебного заседания в любом случае является основанием для отмены судебного акта, следовательно, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене.

  1. Существенные нарушения норм процессуального права, повлиявшие на исход дела, которые привели к принятию неправильного решения. Нарушения пределов рассмотрения дела судами апелляционной и кассационной инстанций, принципов судопроизводства в арбитражных судах.
  1. Нарушения пределов рассмотрения дела судом апелляционной инстанций. Несоответствие выводов, изложенных в постановлении, обстоятельствам дела.

Суд кассационной инстанции, рассмотрев дополнительно представленные истцом письменные доказательства, отменил постановление Девятого арбитражного апелляционного суда №<…> от <…> г., направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции, в частности, указал в постановлении об использовании ответчиком взаимоисключающих доводов: о неиспользовании в его изделиях всех существенных признаков промышленных образцов и каждого признака независимых пунктов формулы полезной модели и о наличии права преждепользования в отношении использования полезной модели и промышленных образцов истца.

В постановлении суда апелляционной инстанции при повторном рассмотрении также сделан вывод о наличии «взаимоисключающих доводов» ответчика(«с учетом указаний кассационного суда»).

Однако каких-либо доказательств, на основании которых судами сделаны выводы о «взаимоисключающих доводах»ответчика, постановления судов апелляционной и кассационной инстанции материалы дела не содержат.

Настоящее дело дважды было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции, результатами которых были принятия судами апелляционной инстанций 2-х различных судебных актов.

Как следует из материалов дела, истец неоднократно (при первом и повторном рассмотрении дела) представлял в суд апелляционной инстанции документы, в том числе: отзыв на апелляционную жалобу (первое рассмотрение), отзыв на апелляционную жалобу (повторное рассмотрение), отзыв на дополнение к апелляционной жалобе (повторное рассмотрение).

Вышеназванные документы, неоднократно представленные истцом в суд апелляционной инстанции, не содержали в качестве приложений ни каких-либо доказательств, ни дополнительных доказательств, ни ходатайств в обоснование невозможности предоставления доказательств в суд первой инстанции. Таким образом, суд апелляционной инстанции не принимал и не рассматривал по существу (абз. 2 ч. 2 ст. 262 АПК РФ) документы, представленные истцом для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы, по причине их отсутствия.

Согласно ч. 1 ст. 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело. В силу ч. 2 указанной нормы дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными. Каких-либо ходатайств истца, обосновывающих невозможность предоставления каких-либо доказательств в суд первой или апелляционной инстанции, материалы дела не содержат.

В соответствии со ст. 155 АПК РФ лица, участвующие в деле, имеют право знакомиться с аудиозаписью судебного заседания, протоколами судебного заседания и протоколами о совершении отдельных процессуальных действий и представлять замечания относительно полноты и правильности их составления в трехдневный срок после подписания соответствующего протокола. Исходя из материалов дела, представители истца неоднократно знакомились с материалами дела.

Однако, как следует из материалов дела, каких-либо замечаний истца на протоколы судебных заседаний, в соответствии с которыми истец оспаривал бы протоколы в части отсутствия в них сведений о «взаимоисключающих доводах» ответчика, каких-либо замечаний истца относительно полноты или правильности составления протоколов судебных заседаний в материалах дела не имеется.

Как следует из протоколов судебных заседаний, сторонам настоящего дела «процессуальные права, обязанности, разъяснены, понятны».

Согласно ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. В силу ч. 2, 3 ст. 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные АПК РФ неблагоприятные последствия. Лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, предусмотренные АПК РФ и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с АПК РФ. Неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные АПК РФ последствия. Ни одно из вышеназванных действий, определенных положениями АПК РФ в качестве добросовестного использования процессуальных прав и надлежащего исполнения процессуальных обязанностей, истцом не выполнено.

Согласно ч. 3 ст. 15 АПК РФ судебные акты должны быть законными, обоснованными, мотивированными. В оспариваемом постановлении суда апелляционной инстанции отсутствуют какие-либо мотивы указания в судебном акте «взаимоисключающих доводов» ответчика, за исключением ссылки на «учет указаний кассационного суда».

Как полагает ответчик, суд апелляционной инстанции нарушил пределы рассмотрения дела, установленные ст. 268 АПК РФ, принципы независимости судей, экономии процессуальных средств, состязательности арбитражного процесса.Вывод суда о «взаимоисключающих доводах» не соответствуют обстоятельствам дела.

  1. Нарушения пределов рассмотрения дела судом кассационной инстанции, повлекшие нарушение пределов рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.Стенограмма, представленная истцом, является ненадлежащим доказательством (т. 5, л. д. 78 — 80).

В судебных актах судов апелляционной и кассационной инстанций отсутствуют указания на какие-либо доказательства, в соответствии с которыми судами сделан вывод о «взаимоисключающих доводах» ответчика. Также в судебных актах отсутствуют мотивы, по которым суд не применил положения ст. ст. 6 – 9, ст. 41, 67, 68, 71, 75, 155, 268, 286 АПК РФ.

Как предполагает ответчик, вывод о «взаимоисключающих доводах» ответчика в постановлении судов кассационной и апелляционной инстанцийвозник следующим образом.

Истец в обоснование доводов, изложенных в кассационной жалобе, представил суду кассационной инстанции в качестве дополнительного доказательства письменное доказательство, поименованное истцом как «Стенограмма аудиозаписи судебного заседания от <…> г.» (далее также – «стенограмма»). Как полагал истец, содержание стенограммы от <…> г. подтверждает наличие «противоречивых доводов» ответчика.

По мнению истца, указанная стенограмма якобыподтверждала довод истца о наличии «противоречивых доводов ответчика» в материалах дела. При этом каких-либо иных конкретныхдоказательств в обоснование данного довода в жалобе не приводится. Ссылки истца в жалобе о наличии «противоречивых доводов ответчика», якобы имевших место <…> и <…> г., не могли быть приняты судами во внимание, так как резолютивная часть решения суда первой инстанции была объявлена <…> г.

Таким образом, по мнению ответчика, выводы, изложенные в постановлении суда апелляционной инстанции, в том числе в отношении «взаимоисключающих доводов» ответчика (с учетом указаний кассационного суда), не соответствуют материалам дела.

Необходимо заметить, что ни в кассационной жалобе, ни в иных документах, предъявленных истцом в суд апелляционной инстанции, не содержится ходатайств истца о приобщении в материалы дела новых (дополнительных) доказательств. Однако стенограмма была предоставлена истцом именно в качестве нового (дополнительного) доказательства, якобы подтверждающего «противоречивые доводы ответчика»(цитата из кассационной жалобы истца), на основании которого судами делается вывод о наличии «взаимоисключающих доводов» ответчика.

Согласно ст. 75 АПК РФ вышеназванная стенограмма на бумажном носителе является письменным доказательством, содержащем, по мнению истца, сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, выполненном в форме графической записи.

Суд кассационной инстанции (а далее также суд апелляционной инстанции) рассмотрел дополнительно представленное истцом письменное доказательство в виде стенограммы, по результатам рассмотрения которого указал в постановлении о наличии «взаимоисключающих доводов» ответчика, отменил постановление суда апелляционной инстанции и направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

По мнению ответчика, суд кассационной инстанции, самостоятельно оценив письменное доказательство – стенограмму, представленную истцом, которое не было предметом рассмотрения судами первой и апелляционной инстанций, нарушил требования ст. 286 АПК РФ, установившей пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции. Данный довод ответчика о нарушении пределов рассмотрения дела, установленных ст. 268 АПК РФ, также относится к суду апелляционной инстанции, который принял обжалуемое постановление «с учетом указаний кассационного суда», изложив в указанном постановлении вывод о «взаимоисключающих доводах» ответчика, который не соответствует обстоятельствам дела.

Как полагает ответчик, не подтверждающая доводы истца о наличии «противоречивых доводов ответчика», а, следовательно, и несоответствующий обстоятельствам дела вывод суда апелляционной инстанции о наличии «взаимоисключающих доводов» ответчика, стенограмма:

  • 1) Является ненадлежащим доказательством, в том числе не соответствует требованиям, предъявляемым к письменным доказательствам, не содержит подписи составителя стенограммы – представителя истца, не заверена надлежащим образом.Не понятно, кем, когда и каким образом составлялась указанная стенограмма, кто несет ответственность за недостоверность данных, указанных в ней, при их наличии.
  • 2) Неправомерно заменяет предусмотренное АПК РФ процессуальное действие в виде прав лиц, участвующих в деле, на подачу замечаний на протокол относительно полноты и правильности составления протокола иным действием. Во время рассмотрения настоящего дела в судах первой, апелляционной инстанции (двукратно) истец ни разу не использовал право на подачу замечаний на протокол судебного заседания.
  • 3) Не предъявлялась истцом ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции, что свидетельствует о недобросовестном использовании процессуальных прав. При этом суд кассационной инстанции указал на то, что «заявитель жалобы (истец – примечание представителя ответчика) не представил доказательств того, что он был лишен возможности в рамках апелляционного производства представить возражения относительно доказательств и доводов ответчика о наличии у него права преждепользования».
  • 4) Не подтверждена письменным отказом ответчика от заявления о признании права преждепользования в связи с отсутствием такого признания в материалах дела.
  • 5) Представляет собой выборочное, вырванное из контекста, описание событий в выгодном для истца свете.
  • 6) Не является стенографической записью, которая должна осуществляться посредством использования специальных техники, знаний, символов.
  • 7) Не была предметом рассмотрения и исследования в суде апелляционной инстанции (ни при первом, ни при повторном рассмотрении дела), в суде кассационной инстанции.
  • 8) Не указывается в ходатайстве истца о приобщении дополнительных доказательств с обоснованием невозможности их предоставления в суды первой, апелляционной, кассационной инстанций по причине отсутствия таких ходатайств в материалах дела.
  • 9) Является новым (дополнительным) доказательством, которое истец имел возможность предоставить в суд апелляционной инстанции, однако не представил, нарушив положения ст. ст. 9, 41, 65, 268 АПК РФ.
  • 10) Датирована <…> г., однако в кассационной жалобе истец ссылается на «противоречивые доводы ответчика», «отказ ответчика от заявления от признания права преждепользования», которые якобы имели место в судебных заседаниях <…> г.и <…> г., следовательно, не понятно к какому именно судебному заседанию относится указанная стенограмма.

Таким образом, суд кассационной инстанции, самостоятельно оценив письменное доказательство – стенограмму, ненадлежащее доказательство, которое не было предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, нарушил требования ст. 286 АПК РФ, установившей пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Следовательно, и выводы, изложенные в постановлении суда апелляционной инстанции (с учетом указаний кассационного суда о «взаимоисключающих доводах» ответчика), не соответствуют обстоятельствам дела, нарушают пределы, установленные ст. 268 АПК РФ.

  1. Неправильное применение норм процессуального права и нарушения норм материального права, которые повлекли принятие неправильных судебных актов.
  1. Оспаривание ответчиком экспертного заключения в качестве ненадлежащего доказательства соответствует принципу добросовестности, предусмотренному Гражданским кодексом РФ (далее также – ГК РФ) и АПК РФ, в соответствии с которыми участники гражданских правоотношений и лица, участвующие в деле, должны действовать добросовестно, в том числе при защите своих прав в суде.

В рамках настоящего дела судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза.

Кандидатуры экспертов, предложенные ответчиком, высокая квалификация которых была подтверждена документально, отклонены судом первой инстанции. В качестве эксперта судом назначена эксперт П.Н.В., кандидатура которой предложена истцом. Ходатайство ответчика о назначении повторной судебной экспертизы оставлено судом апелляционной инстанции без удовлетворения.

По мнению ответчика, судебная экспертиза была проведена с существенными нарушениями норм процессуального права и норм материального права. Указанные нарушения, допущенные экспертом, на которые ответчик неоднократно обращал внимание судов, отражены в материалах дела, а также изложены ниже (п. 2 настоящего раздела).

Как следует из обжалуемых судебных актов, оспаривание ответчиком судебной экспертизы и предоставление иных доказательств в обоснование наличия права преждепользования являются «взаимоисключающими доводами» ответчика.

По мнению заявителя жалобы, выводы суда апелляционной инстанции(«с учетом указаний кассационного суда») не соответствуют обстоятельствам дела вследствие неправильного применения норм материального права и норм процессуального права. Указанный вывод ответчика основан на следующем.

  • 1) Как полагают суды кассационной и апелляционной инстанций, вне зависимости от наличия нарушений норм процессуального права и норм материального права, допущенных при проведении судебной экспертизы, ответчик должен был признать правильность судебной экспертизы. Ответчик также имел возможность и право признать судебную экспертизу, не обращая внимания судов на нарушения, имевшие место при ее проведении, не возражая против доказательств, которые, по мнению ответчика, являются ненадлежащими, извлекая преимущества из результатов судебной экспертизы, которая, по мнению ответчика, проведена с нарушениями норм процессуального права и норм материального права. Указанные действия поименованы в ст. 10 ГК РФ (злоупотребление правом), поэтому и не были совершены ответчиком.
  • 2) Однако согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 указанной нормы никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
  • 3) Вышеизложенному принципу добросовестности соответствует п. 2 ст. 41 АПК РФ, в соответствии с которым лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Состязательный характер арбитражного процесса не исключает действие принципов добросовестности и законности, обладающих несомненным приоритетом по сравнению с принципом состязательности.
  • 4) Оспаривание ответчиком судебной экспертизы, квалификации эксперта, наличия у эксперта специальных знаний и соответствующего опыта, выводов эксперта подтверждается материалами дела, соответствует основополагающему принципу гражданского законодательства – принципу добросовестности, который также должен применяться при судопроизводстве в арбитражных судах.
  • 5) В силу ст. 15 АПК РФ, принимаемые арбитражным судом судебные акты должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Ненадлежащие доказательства не могут быть положены в основу законного и обоснованного судебного акта.
  • 6) Оспаривание ответчиком судебной экспертизы и экспертного заключения являлось процессуально-правовыми возражениями ответчика против судебной экспертизы, которая проведена с нарушениями норм процессуального права, и являлась ненадлежащим доказательством, противоречащим нормам процессуального права.
  • 7) Оспаривая судебную экспертизу и экспертное заключение, ответчик исходил из того, что ненадлежащее доказательство (судебное экспертное заключение), противоречащее нормам материального и процессуального права, не может быть надлежащим основанием законного, обоснованного и мотивированного судебного решения.
  • 8) Целью оспаривания ответчиком судебной экспертизы и экспертного заключения также являлось пресечение возможного последующего обжалования истцом решения суда первой инстанции, которое могло быть основано на том, что при проведении судебной экспертизы допущены существенные нарушения норм процессуального права.

АПК РФ наделяет истца и ответчика равными возможностями, равными правами и обязанностями по защите их интересов в ходе судебного разбирательства.

Ответчик вправе выдвинуть возражения против иска – материально-правовые и процессуально-правовые. Право и возможность для ответчика выдвигать подобные возражения вытекают из состязательного характера арбитражного процесса.

Первоначально ответчик использовал такое средство защиты как приведение доводов об отсутствии у истца субъективного материального права, оспаривая протоколы осмотра, заключение досудебной экспертизы.

Далее ответчик использовал такое средство защиты как оспаривание судебной экспертизы и экспертного заключения, ссылаясь на существенные нарушения норм процессуального права и норм материального права, наличие которых подтверждается материалами дела.

После того как суд первой инстанции не обратил внимания на доводы ответчика в отношении эксперта и судебной экспертизы, ответчик использовал иное средство защиты, относящееся к наличию у него права преждепользования, возникшего до даты приоритетов истца.

Исходя из принципов равенства и состязательности сторон, изменение ответчиком способа защиты, которое заключается в использовании различных средств защиты, не противоречит положениям АПК РФ. Как следует из материалов дела, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик заявил о наличии права преждепользования, что не противоречит положениям АПК РФ.

  1. Отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих обладание экспертом специальными знаниями, иных документов, которые должны быть в материалах дела. Нарушения норм процессуального права, повлекшие принятие неправильных судебных актов.

В ходе судебного заседания от <…> г. эксперт П.Н.В., вызванная по инициативе суда первой инстанции в судебное заседание, давала пояснения, а также отвечала на дополнительные вопросы сторон настоящего дела. Однако в материалах дела отсутствуют пояснения и ответы вышеназванного эксперта на вопросы сторон настоящего дела и суда первой инстанции.

Согласно абзацу 3 ч. 3 ст. 86 АПК РФ ответы эксперта на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, заносятся в протокол судебного заседания.

Однако каких-либо ответов эксперта П.Н.В. на дополнительные вопросы сторон настоящего дела и суда первой инстанции протоколы судебных заседаний не содержат.В материалах дела также отсутствует отдельный документ, оформленный в связи с совершением указанных отдельных процессуальных действий, а также разъясняющий эксперту П.Н.В. уголовно-правовые последствия за дачу заведомо ложных пояснений (ответов на вопросы), скрепленный распиской, выполненной на отдельном бланке, содержащем все необходимые сведения.

Требование суда, адресованное эксперту П.Н.В., о предоставлении оригиналов подтверждающих документов не выполнено указанным экспертом.

Доводы ответчика о том, что эксперт не обладал специальными знаниями, необходимыми опытом и квалификацией, также подтверждаются материалами дела.

В качестве подтверждения обладания вышеуказанным экспертом специальными знаниями (необходимой квалификацией) истцом представлены в материалы дела копии дипломов, выданные на имя С.Н.В. (иное физическое лицо, не является участником арбитражного процесса), а именно:

При этом также необходимо учитывать то, что даже несмотря на требование суда первой инстанции г-жа П.Н.В. (эксперт, назначенный судом) отказалась представить оригиналы документов, подтверждающих обладание ею специальными знаниями, наличие необходимой квалификации.Таким образом, наличие специальных знаний и необходимой квалификации не подтверждаются материалами дела, что влечет необоснованность выводов, изложенных в так называемом экспертном заключении.

Вышеназванный довод ответчика об отсутствии у эксперта необходимой квалификации не является «взаимоисключающим», так вне зависимости от того, подтверждают или не подтверждают выводы эксперта, назначенного судом, право преждепользования ответчика лица, участвующие в деле, должны руководствоваться принципами законности судебного акта, добросовестности и справедливости.

Указанный довод ответчика подтверждается данными нижеприведенной таблицы № 1, которая представляет собой письменную расшифровку части судебного заседания от <…> г.

Согласно данным, изложенным в таблице, эксперт, назначенный судом первой инстанции, в ответ на требования суда первой инстанции предоставить оригиналы документов, подтверждающих то, что эксперт является «является компетентным в вопросах проведения экспертизы» (цитата), является «экспертом по вопросам патентоведения», эксперт заявляет об их отсутствии.