Заявление об ускорении рассмотрения уголовного дела рассматривается

Вопрос 386. Разумный срок уголовного судопроизводства. Заявление об ускорении рассмотрения уголовного дела.

Разумный срок уголовного судопроизводства (ст. 6.1 УПК). Уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок. Уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные УПК. Продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены УПК, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок.

При определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства.

Обстоятельства, связанные с организацией работы органов дознания, следствия, прокуратуры и суда, а также рассмотрение уголовного дела различными инстанциями не может приниматься во внимание в качестве оснований для превышения разумных сроков осуществления уголовного судопроизводства.

В случае если после поступления уголовного дела в суд дело длительное время не рассматривается и судебный процесс затягивается, заинтересованные лица вправе обратиться к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела.

Заявление об ускорении рассмотрения уголовного дела. Заявлениерассматривается председателем суда в срок не позднее 5 суток со дня поступления этого заявления в суд. По результатам рассмотрения заявления председатель суда выносит мотивированное постановление, в котором может быть установлен срок проведения судебного заседания по делу и (или) могут быть приняты иные процессуальные действия для ускорения рассмотрения дела.

При нарушении разумных сроков уголовного судопроизводства в ходе досудебного производства по уголовному делу участники уголовного судопроизводства, а также иные лица, интересы которых затрагиваются, могут обратиться к прокурору или руководителю следственного органа с жалобой, которая должна быть рассмотрена в порядке и в сроки, установленные статьей 124 УПК (ст. 123 УПК).

Прокурор, руководитель следственного органа рассматривает жалобу в течение 3 суток со дня ее получения. В исключительных случаях, когда для проверки жалобы необходимо истребовать дополнительные материалы либо принять иные меры, допускается рассмотрение жалобы в срок до 10 суток, о чем извещается заявитель ст. 124 УПК).

По результатам рассмотрения жалобы прокурор, руководитель следственного органа выносит постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении.

В случае удовлетворения жалобы, поданной в соответствии с частью второй статьи 123 УПК, в постановлении должны быть указаны процессуальные действия, осуществляемые для ускорения рассмотрения дела, и сроки их осуществления.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ | | Серия Философия. Социология. Право. 1?3

2012. №20(139). Выпуск 22

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНОГО ПРАВА И УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

УДК 343.1

ПОНЯТИЕ РАЗУМНОГО СРОКА УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

И.М. АЛЕКСЕЕВ

Санкт-Петербургский университет МВД России

e-mail: Kaspar555@mail.ru

В статье анализируются понятия разумности, приведенные различными авторами, исследуются критерии разумности. Разумные сроки уголовного судопроизводства рассматриваются как один из аспектов разумности, приводится авторское понятие разумных сроков уголовного судопроизводства.

Ключевые слова: уголовный процесс; уголовно — процессуальный срок; разумность; разумный срок уголовного судопроизводства.

Вступив в Совет Европы и ратифицировав в марте 1998 г. Европейскую конвенцию о защите прав и основных свобод от 4 ноября 1950 года (далее — Конвенция), Россия присоединилась к Европейской системе охраны прав человека, включающей в себя не только обязанность охранять и соблюдать закрепленные в Конвенции права и свободы, но и признание юрисдикции Европейского суда по правам человека (далее — ЕСПЧ). Конвенция гарантирует каждому гражданину право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (ст. 6.1 Конвенции), а каждому задержанному или заключенному под стражу предоставляет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда (ст. 5.3 Конвенции). Нарушение разумного срока судебного разбирательства является острой проблемой, на которую неоднократно обращалось внимание в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, например в постановлениях от 24 августа 1993 г. № 7 «О сроках рассмотрения уголовных и гражданских дел судами Российской Федерации», от 27 октября 2007 г. № 52 «О сроках рассмотрения судами Российской Федерации уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях». На данную проблему указал в своем послании Федеральному Собранию от 05.11.2008 г. Президент РФ. За последние годы Российская Федерация вышла на первое место среди ответчиков в ЕСПЧ по количеству жалоб на нарушение разумных сроков уголовного судопроизводства1.

В этой связи был принят Федеральный закон «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разум-

1 Маслов И.В. Сроки содержания под стражей в свете решений Европейского суда по правам человека / / Законность. 2009. № 11. — С. 26.

ный срок» № 68-ФЗ от 30.04.2010 г. (далее № 68-ФЗ от 30.04.2010 г.), который вводит новое понятие — разумные сроки.

Для комплексного исследования данного института необходимо в первую очередь определить понятие разумного сроков уголовного судопроизводства. В юридической литературе понятие разумного срока не определено. Существуют общие положения, определяющие термин «разумность» или просто перечисляются критерии разумного срока.

А. Барак полагает, что разумность является материальным ограничением судейского усмотрения и заключается в сознательной интеллектуальной борьбе между несколькими законными возможностями, в которой судья применяет объективные стандарты. Тогда единственная обязанность судьи заключается в том, чтобы из всех возможностей выбрать одну, которая кажется ему наилучшей2.

Понятие, данное А. Бараком заслуживает внимания, однако его существенным недостатком является сознательное ограничение разумности деятельностью судьи. Исходя из данного определения разумности можно сделать вывод, что она не распространяется на досудебные стадии, что является неверным.

По данному поводу Е. В. Рябцева пишет, что: «Под разумностью в общенаучном значении необходимо понимать присущую субъекту познавательную способность, предполагающую нормальную деятельность его сознания, направленную на установление, упорядочение, систематизацию и выявление смыслового содержания, внутренних и внешних связей вещей и явлений. В ее основе лежит архитектоника, позволяющая выстроить определенную систему знаний для выбора варианта поведения»3.

Вышеуказанное понятие по нашему мнению наиболее полно раскрывает термин «разумность» как познавательную деятельность участников уголовного судопроизводства, позволяющую выбрать оптимальный вариант своего поведения.

Разумность в общенаучном смысле включает в себя и разумные сроки уголовного судопроизводства, предусмотренные ст. 6.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее — УПК РФ) от 18 декабря 2001 года № 174-ФЗ (ред. от 07.02.2011).

По мнению А. А. Богомолова, «понятие разумный срок» является оценочным (при его применении необходимо исходить из фактических обстоятельств дела), под которым предлагается понимать общее, абстрактное, нечеткое понятие, которое выражено в источниках права, регулирующих порядок гражданского и административного судопроизводства, и предназначено для того, чтобы предоставить правоприменителю в рамках конкретного дела относительную свободу действий4.

С вышеуказанным понятием можно согласиться, однако необходимо уточнить, что нельзя ограничивать действие разумных сроков только гражданским и административным судопроизводством, разумные сроки выражены в источниках права, регулирующих и уголовное судопроизводство в том числе.

Как верно отметил Р. О. Опалев, оценочные понятия законодателю совершенно необходимы. Однако автор правильно отмечает, что пользоваться такими понятиями нужно правильно: руководствуясь рекомендациями современной науки, соответствующими стандартами юридической техники5.

Доктрина, основанная на решениях ЕСПЧ, под разумными сроками рассмотрения дел понимает, в первую очередь, отсутствие немотивированных проволочек в ходе расследования, рассмотрения дела судом и его исполнения6.

4 Богомолов А.А. Разумность сроков рассмотрения гражданских дел / / Гражданское судопроизводство в изменяющейся России. Материалы международной научно-практической конференции (14-15 сентября 2007 года) — Саратов. 2007. — С. 254.

5 Опалев Р.О. Оценочные понятия в арбитражном и гражданско-процессуальном праве. — М. 2008. -С. 174.

Серия Философия. Социология. Право. 2012. № 20 (139). Выпуск 22

Определение критерия «разумного срока» состоит в обеспечении гарантии вынесения судебного решения в течение такого периода времени, который устанавливает минимальный предел состояния неопределенности, в котором находится лицо в связи с предъявленным ему обвинением в преступлении.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Что касается разумного срока рассмотрения уголовного дела, то здесь проявляется и учитывается особенность конкретного уголовного дела, а не установленные рамки законодательства. Разумность продолжительности разбирательства следует оценивать в каждом случае в соответствии с конкретными обстоятельствами дела (степень сложности дела, поведение заявителя, действие государственных органов).

Чтобы определить понятие разумного срока, в первую очередь необходимо рассмотреть критерии, его составляющие.

Критерии по определению разумного срока перечисляются в ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ, к ним относятся:

1) правовая и фактическая сложность уголовного дела;

2) поведение участников уголовного судопроизводства;

3) достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела;

4) общая продолжительность уголовного судопроизводства.

Вышеуказанные критерии являются общими, и поэтому уточняются в иных актах применительно к различным стадиям уголовного судопроизводства, например, в п. 1.5 Приказа Генеральной прокуратуры РФ от 12 июля 2010 г. № 276 «Об организации прокурорского надзора за исполнением требований закона о соблюдении разумного срока на досудебных стадиях уголовного судопроизводства» указывается, что «при рассмотрении жалоб участников уголовного судопроизводства на нарушение разумных сроков в ходе досудебного производства по уголовному делу необходимо учитывать такие обстоятельства, как сложность квалификации преступных действий, установления обстоятельств совершения преступлений, сбора доказательств по уголовному делу, поведение участников уголовного судопроизводства, ритмичность, достаточность и эффективность действий должностных лиц органов предварительного расследования, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования»7. Таким образом, можно сделать вывод, что применительно к досудебным стадиям уголовного судопроизводства, при оценке правовой и фактической сложности уголовного дела, особое внимание необходимо уделить сложности квалификации преступных действий, установления обстоятельств совершения преступлений, сбора доказательств по уголовному делу, а при оценке достаточности и эффективности действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела вычленяется такой показатель как ритмичность действий. Однако по непонятным причинам не указывается такой критерий, как общая продолжительность уголовного судопроизводства, что, несомненно, противоречит УПК РФ. В связи, с чем необходимо включить в вышеуказанный приказ общую продолжительность уголовного судопроизводства как критерий для определения разумного срока уголовного судопроизводства.

По мнению Д. Ю. Косихина, суд должен учитывать для установления нарушения права на судопроизводство в разумный срок обстоятельства, которые можно условно разделить на 2 группы:

1) обстоятельства, которые объективно влекут увеличение срока судопроизводства;

2) обстоятельства, не влияющие на сложность дела.

К первой группе при оценке правовой и фактической сложности дела, по мнению Д. Ю. Косихина следует отнести:

7 Приказа Генеральной прокуратуры РФ от 12 июля 2010 г. № 276 «Об организации прокурорского надзора за исполнением требований закона о соблюдении разумного срока на досудебных стадиях уголовного судопроизводства» / / Законность. 2010. № 10. — С. 65.

— наличие обстоятельств, затрудняющих рассмотрение дела;

— число потерпевших, подозреваемых (обвиняемых) и других участвующих в деле лиц;

— необходимость проведения экспертиз, их сложность;

— необходимость допроса значительного числа свидетелей;

— участие в деле иностранных лиц, необходимость применения норм иностранного права;

— объем предъявленного обвинения;

— наличие международных следственных поручений.

Сюда же можно отнести неисполнение заявителем процессуальных обязанностей (например, неоднократная неявка на судебное заседание по неуважительным причинам), приведшее к нарушению разумного срока судебного разбирательства.

Ко второй группе обстоятельств Д. Ю. Косихин относит:

— рассмотрение дела различными судебными инстанциями;

— участие в деле органов публичной власти;

— использование заявителем в ходе судебного процесса процессуальных средств, предоставляемых законодательством для осуществления своей защиты, в частности, изменение исковых требований, изучение материалов дела, заявление ходатайств, обжалование вынесенных судебных актов;

— отложение рассмотрения дела, назначение и проведение экспертизы, участие судьи в рассмотрении иных дел, возвращение уголовного дела прокурору с целью устранения допущенных нарушений уголовно-процессуального законодательства при производстве дознания и предварительного следствия, если указанные действия приводят к нарушению права на судопроизводство в разумный срок;

— обстоятельства, связанные с организацией работы суда (например, отсутствие необходимого штата судей, замена судьи ввиду его болезни, отпуска, пребывания на учебе, нахождения в служебной командировке, прекращения или приостановления полномочий), с организацией работы органов дознания, следствия и прокуратуры8.

Однако, по нашему мнению, если первая группа вышеперечисленных оснований просто уточняет положения УПК РФ и выделяет такие критерии как: число потерпевших, подозреваемых и других участвующих в деле лиц, необходимость проведения экспертиз, их сложность, необходимость допроса значительного числа свидетелей, участие в деле иностранных лиц, необходимость применения норм иностранного права, объем предъявленного обвинения, наличие международных следственных поручений, неисполнение заявителем процессуальных обязанностей, то во вторую группу обстоятельств включены такие критерии, которые напрямую противоречат положениям УПК РФ, а именно: рассмотрение дела различными судебными инстанциями и обстоятельства, связанные с организацией работы органов дознания, следствия, прокуратуры и суда, так как ч. 4 ст. 6.1 УПК РФ указывает, что: «обстоятельства, связанные с организацией работы органов дознания, следствия, прокуратуры и суда, а также рассмотрение уголовного дела различными инстанциями не может приниматься во внимание в качестве оснований для превышения разумных сроков осуществления уголовного судопроизводства».

Следует отметить, что относительно исчисления разумного срока нет никаких четких рекомендаций даже у ЕСПЧ. В каждом случае он определяется, исходя из конкретных обстоятельств — сложности дела, поведения участников уголовного процесса. ЕСПЧ признает затягиванием только недобросовестные действия государства — должностных лиц осуществляющих предварительное расследование, прокуроров, судей. Например, когда судьи под надуманными предлогами отказывают в приеме заявлений, откладывают или приостанавливают рассмотрение дела и так далее. Даже сам факт подобных действий признается нарушением принципа разумности. Однако при определении разумного срока судом исключаются задержки разбирательства по инициативе или вине частного лица (подача многочисленных ходатайств, смена адвоката, немотивированное отсутствие сторон в судебном процессе и т.п.). Таким образом, можно сделать вывод, что рассмотрение дела в течение пяти лет можно считать и разумным, и нарушением.

8 Косихин Д.Ю. Право на компенсацию за судебную волокиту // В курсе правового дела. 2011. № 3. — С. 73.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Серия Философия. Социология. Право. 2012. № 20 (139). Выпуск 22

Многие ученые считают, что не установление законодателем конкретных временных границ разумных сроков, не позволит достичь необходимого результата по ускорению сроков судопроизводства, а само введение «разумных сроков» означает, что государство подтвердило бесполезность установления конкретных сроков прохождения дела в судах различных инстанций. По мнению И. Михайлова «Суды теперь освобождены от необходимости «выдерживать» сроки рассмотрения дела, установленные для различных стадий судопроизводства. Ведь любую волокиту можно оправдать тем, что некий общий разумный срок дела не нарушен»9. Однако по нашему мнению, именно неопределенные временные рамки разумного срока, которые должны оцениваться для каждого дела индивидуально позволят ускорить сроки судопроизводства в целом. Установление определенных сроков судопроизводства ничем бы не отличалось от очередного срока и с одной стороны позволяло бы увеличить сроки судопроизводства по делам не представляющим сложности, и наоборот послужило бы сигналом для органов предварительного расследования и суда, рассматривать наиболее сложные дела в рамках данного срока, невзирая на качество. Таким образом, государство установило еще один барьер против волокиты при производстве по уголовным делам, ч. 2 ст. 6.1 УПК РФ указывает, что Уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные УПК РФ, продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены УПК РФ. Из анализа данной статьи можно сделать вывод, что сроки уголовного судопроизводства остаются и их необходимо соблюдать неукоснительно.

Разумные сроки отличаются от процессуальных сроков производства по уголовным делам, установленных УПК РФ, в п. 2 ст. 1 федерального закона № 68-ФЗ от 30.04.2010 г. закреплено, что нарушение установленных законодательством сроков рассмотрения дела или исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок. Таким образом, законодатель предостерегает нас от постановки знака равенства между этими понятиями, и возводит разумный срок уголовного судопроизводства в ранг принципов, который должен пронизывать всю уголовно-процессуальную материю, о чем свидетельствует включение данной нормы в главу вторую УПК РФ «Принципы уголовного судопроизводства».

Анализ федерального закона № 68-ФЗ от 30.04.2010 г. позволяет сделать вывод, что понятие права лица, в отношении которого ведется производство по уголовному делу, на судебное разбирательство в разумные сроки, охватывает и право этого лица на предварительное расследование в разумные сроки.

Проблемным вопросом является определение момента начала и окончания отсчета разумного срока. Для разъяснения данного вопроса в первую очередь необходимо обратиться к разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда РФ и Пленумом Высшего Арбитражного Суда РФ в совместном постановлении от 23.12.2010 № 30/64 «О некоторых вопросах возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее — Постановление № 30/64)10.

Касательно уголовных дел:

— по рассмотренному судом делу — период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента вступления в законную силу обвинительного или оправдательного приговора либо постановления (определения) суда о прекращении уголовного дела или уголовного преследования;

— в отношении досудебного производства — период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента вынесения постановления о прекращении уголовного преследования или уголовного дела;

9 Абросимов М. Конец волоките // Известия. 03.06.2010 № 99(28114). — С. 11.

10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 30/64 «О некоторых вопросах возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за раруше-ние права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» // Бюллетень верховного Суда РФ. 2011. № 3. — С. 9.

— по уголовному делу, производство по которому не окончено — период с момента начала осуществления уголовного преследования до дня поступления заявления о присуждении компенсации в суд, уполномоченный рассматривать такое заявление.

При этом Постановление № 30/64 указывает, что при исчислении общей продолжительности судопроизводства по гражданскому или уголовному делу учитывается только то время, в течение которого дело находится в производстве суда, органов дознания, следствия, прокуратуры.

Так в соответствии с ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ разумный срок включает в себя период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора. Если исходить из буквального толкования данной нормы, то исчислять разумный срок уголовного судопроизводства необходимо с момента начала осуществления уголовного преследования, данная позиция подтверждается в Постановлении пленума № 30/64, однако таким моментом является не только момент, когда лицо получило статус подозреваемого в его уголовно-процессуальном смысле, но и как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2000 г. № 11-П11, понятие «подозреваемый» должно трактоваться в его конституционно-правовом, а не в придаваемом ему уголовно-процессуальным законом более узком смысле, в целях реализации конституционных прав необходимо учитывать не только формальное процессуальное, но и фактическое положение лица, в отношении которого осуществляется публичное уголовное преследование.

Таким образом, моментом начала отсчета разумных сроков можно считать момент, когда к лицу были применены меры уголовно-процессуальной репрессии в независимости от его процессуального статуса.

Конечным моментом разумного срока является в соответствии с положениями ч. 3. ст. 6.1 УПК РФ момент прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора. Однако по нашему мнению позиция законодателя не отвечает требованиям практики, так как уголовное судопроизводство знает множество форм его окончания, так например, окончание уголовного дела длившегося десять лет вынесением оправдательного приговора не может лишить лицо права подать жалобу на нарушение разумных сроков, данная неточность разъясняется Постановлением № 30/64, в котором указывается, что при определении разумного срока по рассмотренному судом делу учитывается период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента вступления в законную силу обвинительного или оправдательного приговора либо постановления (определения) суда о прекращении уголовного дела или уголовного преследования.

Данный момент имеет принципиальное значение для определения разумного срока. Поскольку если исходить из разъяснений пленума, то разумный срок охватывает производство по уголовному делу в суде апелляционной и кассационной инстанции. Если из буквы закона, то только рассмотрение дела в суде первой инстанции.

По нашему мнению при разъяснении данного вопроса в Постановление № 30/64 обоснованно включены и выше обозначенные стадии, что соответствует духу закона и способствует наиболее полному обеспечению прав граждан.

Таким образом, исходя из анализа вышеуказанных положений, можно сформулировать понятие разумного срока. Разумный срок — это период времени, включающий в себя совокупность уголовно — процессуальных сроков по конкретному уголовному делу с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вступления решения суда в законную силу, превышение которого влечет возникновение права лица на компенсацию, в целях исключения немотивированных проволочек в ходе расследования и рассмотрения дела судом, своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела судом.

11 Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2000 г. № 11-П «По делу о проверке конституционности положений части первой ст. 47 и части второй ст. 51 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И. Маслова» / / Собрание законодательства Россйиской Федерации. 2000. № 27. Ст. 2882.

Серия Философия. Социология. Право. 2012. № 20 (139). Выпуск 22

Список литературы

1. Абросимов М. Конец волоките // Известия. 03.06.2010 № 99(28114).

2. Анашкин О.А. Совершенствование процессуальных сроков в досудебном производстве: дисс. …канд. юр. наук. Саратов, 2004.

3. Богомолов А.А. Разумность сроков рассмотрения гражданских дел // Гражданское судопроизводство в изменяющейся России. Материалы международной научно-практической конференции (14-15 сентября 2007 года). Саратов, 2007.

гражданском процессе Российской Федерации / под ред. О.В. Исаенковой. М.: «Волтерс Клувер», 2010 г.

6. Калиновский К.Б. Процессуальные сроки в уголовном судопроизводстве и их регламентация по Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. // Ленинградский юридический журнал. 2005. № 2(3). С. 139.

7. Корепанова Т.Л. Процессуальные сроки как гарантия защиты конституционных прав и свобод личности в Российском уголовном процессе: дисс. .канд. юр. наук. 12.00.09. Ижевск, 2004.

8. Косихин Д.Ю. Право на компенсацию за судебную волокиту // В курсе правового дела. 2011. № 3.

9. Манахов С.А., Чабукиани О. А. Соблюдение сроков расследования — процессуальная гарантия своевременной защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве // Вестник Академии экономической безопасности МВД России. 2009. № 12.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

10. Маслов И.В. Актуальные проблемы правовой регламентации процессуальных сроков в досудебном производстве по уголовным делам: дисс. .канд. юр. наук. М., 2003.

11. Маслов И.В. Сроки содержания под стражей в свете решений Европейского суда по правам человека // Законность. 2009. № 11.

12. Опалев Р.О. Оценочные понятия в арбитражном и гражданско-процессуальном праве. М.,

13. Петрова Г.Б. Сроки как элемент правового регулирования: дисс. .канд. юр. наук. Саратов, 2004.

14. Приказ Генеральной прокуратуры РФ от 12 июля 2010 г. № 276 «Об организации прокурорского надзора за исполнением требований закона о соблюдении разумного срока на досудебных стадиях уголовного судопроизводства» // Законность. 2010. № 10.

15. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2000 г. № 11-П «По делу о проверке конституционности положений части первой ст. 47 и части второй ст. 51 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И. Маслова» // Собрание законодательства Россйи-ской Федерации. 2000. № 27. Ст. 2882.

16. Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 30/64 «О некоторых вопросах возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за рарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» // Бюллетень верховного Суда РФ. 2011. № 3.

17. Рябцева Е.В. Реализация принципа разумности в уголовном процессе России. / / Уголовная юстиция: связь времен. Материалы международной научной конференции (6-8 августа 2010 года). СПб., 2010.

18. Сокол Р.П. Процессуальные сроки в судебных стадиях уголовного судопроизводства Российской Федерации: правовая регламентация и процессуальные особенности: дисс. .канд. юр. наук. Владимир, 2008.

THE CONCEPT OF REASONABLE TERM OF CRIMINAL PROCEEDINGS

St.-Petersburg University

of the Ministry of Internal Affairs o

f Russia

I.M. ALEKSEEV

Качалова О.В. Виды ускоренного производства в российском уголовном процессе. М.: Юрлитинформ, 2016. 248 с.

Монография посвящена исследованию видов ускоренного производства в уголовном процессе Российской Федерации, их структуре и особенностям. На основе современных достижений теории права и теории уголовно-процессуального права автор приходит к выводу, о том, что институт ускоренного производства складывается из трех самостоятельных субинститутов – особого порядка судебного разбирательства при согласии лица с предъявленным обвинением, особого порядка судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве и особого порядка судебного разбирательства при проведении дознания в сокращенной форме. Рассматриваются специфические характерные для данных субинститутов черты, анализируются особенности правового регулирования различных видов ускоренного производства, определяются перспективы их дальнейшего развития.
Монография будет полезна научным и практическим работникам, преподавателям, аспирантам, студентам юридических вузов и факультетов, а также всем, кто интересуется проблемами уголовного судопроизводства.

ISBN 978-5-4396-1109-6

На сайте издательства: http://www.urlit.ru/Katalog/1693-.html

Глава 1. Правовое регулирование особого порядка судебного разбирательства в российском уголовном процессе.

§ 1. Юридическая сущность ускоренного порядка производства в суде при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением.

§ 2. Вопросы совершенствования особого порядка судебного разбирательства.

Глава 2. Ускоренное уголовно-процессуальное производство при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве.

§ 1. Правовая природа особого порядка судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве.

§ 2. Процессуальный порядок заключения и реализации досудебного соглашения о сотрудничестве.

§ 3. Особенности производства в суде первой инстанции по уголовным делам с заключенными досудебными соглашениями о сотрудничестве.

Глава 3. Ускоренное производство при производстве дознания в сокращенной форме.

§ 1. Особенности сокращенного дознания в российском уголовном процессе.

§ 2. Ускоренное досудебное производство: формирование новой модели.

Глава 4. Пересмотр судебных решений, вынесенных в ускоренных порядках судебного разбирательства.

§ 1. Особенности апелляционного производства по уголовным делам, рассмотренным в особом порядке судебного разбирательства.

§ 2. Пересмотр вступивших в законную силу приговоров, вынесенных в ускоренном судебном разбирательстве, в кассации и надзоре.

§ 3. Пересмотр приговоров по уголовным делам с заключенными досудебными соглашениями о сотрудничестве в порядке возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Заключение.

Литература.

Введение

Одной из общемировых тенденций в поиске оптимального способа формирования общественного компромисса в сфере уголовного судопроизводства является рационализация уголовного процесса, суть которой составляет выработка стандартов рационализации, соответствующих мировоззренческим ценностям общества.

Не исключением в этом смысле стал и российский уголовный процесс, в котором в 2002 г. появился особый порядок судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, который существенно ускоряет процесс судебного разбирательства за счет редукции этапа судебного следствия (гл. 40 УПК РФ), с 2009 г. такой порядок стал применяться в отношении лиц, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве (гл. 40.1 УПК РФ), а с 2013 г. – по делам, расследованным в форме сокращенного дознания (гл. 32.1 УПК РФ).

Количество уголовных дел, рассмотренных российскими судами в ускоренном порядке, из года в год неуклонно растет. За период с 2010 г. по 2014 г. количество уголовных дел, рассмотренных в особом порядке выросло с 51,5% от общего числа рассмотренных уголовных дел до 64, 2%.

Широкое распространение ускоренных форм уголовного судопроизводства, непременным компонентом которых является особый порядок судебного разбирательства с присущей ему спецификой: редуцированием доказывания, ограничением действия ряда принципов уголовно-процессуального права, снижением уровня процессуальных гарантий для участников уголовного судопроизводства, обусловило необходимость обращения к теоретическим основам и правовой регламентации различных видов ускоренного производства. Анализ правоприменительной практики по таким категориям дел убедительно свидетельствует о том, что наряду с ошибками концептуального характера имеют место существенные «локальные» просчеты законодателя, создающие неопределенность в процессе применения норм глав 32.1, 40, 40.1 УПК РФ, тем самым, с одной стороны, снижающие потенциал ускоренного производства, а с другой – уровень защиты прав и свобод граждан, вовлеченных в уголовно-процессуальную деятельность.

Основная задача, требующая скорейшего и незамедлительного разрешения на уровне законодательного регулирования и правоприменительной практики, — определение разумного баланса между публичными интересами процессуальной рациональности и экономии и обеспечением прав и свобод участников ускоренного производства, позволяющего без использования излишних процессуальных ресурсов свести к минимуму степень риска судебной ошибки и обеспечить справедливое разрешение уголовного дела.

Изложенное с очевидностью свидетельствует о необходимости системной научной разработки основ ускоренного производства в уголовном процессе, выработки надлежащего механизма его реализации и конкретных предложений и рекомендаций по его нормативному совершенствованию и внедрению в действующее законодательство и правоприменительную практику.

Ускоренное производство в уголовном процессе является самостоятельным правовым институтом, регулирующим отношения, возникающие при производстве по отдельным категориям уголовных дел, осуществляемом в особой процессуальной форме, в основе которой лежит редуцирование процесса доказывания. Этот институт носит сложный комплексный характер, базируется на нормах уголовно-процессуального и уголовного права. Основными признаками ускоренного производства выступают сокращение процесса доказывания, отказ обвиняемого от полноценной судебной процедуры рассмотрения дела, инспирированность лицом, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, лояльность лица к предъявленному обвинению (подозрению), ускорение процесса разрешения уголовного дела, специфичность реализации идей состязательности и действия ряда принципов уголовного судопроизводства. В качестве дополнительных признаков могут быть определены неконфронтационность, учет посткриминального поведения лица, совершившего преступление, соответствие уголовно-правовой квалификации фактическим обстоятельствам дела.

В основу отнесения процессуальных производств к ускоренным формам была положена совокупность трех критериев – уголовно-правового (категории дел, по которым возможно применение ускоренных форм процесса), уголовно-процессуального (сокращения в доказывании) и процессуально-криминалистического (возможность в рамках соответствующей процессуальной процедуры установить все обстоятельства, подлежащие доказыванию). Базовым является уголовно-правовой, он определяет те категории дел, по которым возможно применение ускоренных форм процесса. Помимо этого, уголовно-правовой критерий предполагает учет специфики субъекта, совершившего общественно опасное деяние. По общему правилу ускоренные производства не применяются в отношении несовершеннолетних, лиц, совершивших общественно опасные деяния в состоянии невменяемости либо после совершения преступления заболевшие душевной болезнью, делающей невозможным исполнение наказания. Уголовно-процессуальный критерий предусматривает сокращения в доказывании, допустимые для того или иного вида производства в зависимости от категории совершения преступления, процессуально-криминалистический — базируется на предыдущих и определяет, с одной стороны, возможность в рамках соответствующей процессуальной процедуры установить все обстоятельства, подлежащие доказыванию по определенным категориям дел, а с другой – использовать некоторые преимущества ускоренных производств в целях расследования сложных преступлений, имеющих большое общественное значение. Были определены три основных, относительно самостоятельных вида (субинститута) ускоренного уголовно-процессуального производства — особый порядок судебного разбирательства при согласии лица с предъявленным ему обвинением, особый порядок судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве и особый порядок судебного разбирательства при проведении дознания в сокращенной форме.

Автор данного исследования поставил перед собой задачу выявления специфики вышеуказанных видов ускоренного производства с целью определения должной процессуальной процедуры их реализации и определения основных направлений их дальнейшего развития.

Ускоренное производство в уголовном процессе является самостоятельным правовым институтом, регулирующим отношения, возникающие при производстве по отдельным категориям уголовных дел, осуществляемом в особой процессуальной форме, в основе которой лежит редуцирование процесса доказывания. Этот институт носит сложный комплексный характер, базируется на нормах уголовно-процессуального и уголовного права, включает в себя три относительно обособленных субинститута: особый порядок судебного разбирательства, особый порядок судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве и особый порядок судебного разбирательства при производстве сокращенного дознания.

Основной разновидностью российского ускоренного производства является особый порядок судебного разбирательства при согласии лица с предъявленным ему обвинением. Он в особой ускоренной процессуальной форме, основу которой составляет редуцирование процесса доказывания, инициированной обвиняемым при его согласии с предъявленным обвинением, регулирует отношения, возникающие при разрешении определенных категорий уголовных дел. Тенденции развития особого порядка судебного разбирательства за время его существования могут быть обозначены как упрощение и расширение, причем последнее можно рассматривать в двух аспектах — легальном и правоприменительном. Легальное расширение означает юридическое закрепление дополнительных возможностей применения данного института путем расширения границ его возможной реализации. Правоприменительное расширение означает увеличение количества уголовных дел, рассмотренных в особом порядке.

Дальнейшее развитие правового регулирования института ускоренного судебного производства должно осуществляться двумя основными способами: путем законодательной регламентации наиболее важных вопросов, имеющих принципиальное значение и определяющих существенные особенности процедуры особого порядка судебного разбирательства, и путем толкования и применения уголовно-процессуальных норм, осуществляемого в системном единстве с другими правовыми институтами и принципами уголовно-процессуального права для регулирования менее значимых вопросов.

Центр тяжести судебного доказывания в ускоренных производствах смещен со стадии судебного разбирательства на стадию назначения судебного разбирательства. На данном этапе, решая принципиальный вопрос о возможности рассмотрения дела в особом порядке, судья фактически решает вопрос о виновности обвиняемого. Эпистемологическим фундаментом доказывания в данном случае является юридическое познание, которое осуществляется посредством ознакомления судьи с материалами уголовного дела.

Гносеологические аспекты деятельности судьи на данном этапе имеют концептуальные особенности: на данном этапе формируется внутреннее убеждения судьи о виновности обвиняемого и возможности вынесения в отношении него обвинительного приговора в особом порядке; предметом юридического познания является не только установление достаточности оснований для назначения судебного заседания, но также достаточности доказательств, подтверждающих виновность лица в совершении преступления; верификация доказательств на этапе назначения судебного заседания практически сведена к минимуму, поскольку судья знакомится лишь с письменными доказательствами и иными материалами дела, подготовленным стороной обвинения; значение данного этапа практически равнозначно значению судебного следствия, проводимого в общем порядке.

Усложненная гносеологическая деятельность судьи выполняет компенсаторную функцию применительно к усеченному порядку судебного следствия. Ускорение судебного процесса происходит не только за счет редукции доказывания в судебном разбирательстве, но и за счет усложнения эпистемологической деятельности судьи, как оборотной стороны данного механизма. Суду должно быть предоставлено право в случае необходимости проводить допрос подсудимого в ускоренном судебном разбирательстве. Особенно актуальным данное правило могло бы стать в отношении лиц, страдающих психическими расстройствами, имеющих физические недостатки, существенно снижающие их возможность самостоятельно реализовывать свои права и отстаивать законные интересы, а также лиц, не владеющих языком судопроизводства. Установление возможности произвести допрос подсудимого снизит степень риска судебной ошибки, а в ряде случаев создает дополнительные условия для реализации идей процессуальной экономии (когда у судьи имеются некоторые сомнения непринципиального характера, допрос подсудимого мог бы их разрешить без применения общего порядка). Задачи ускорения процесса производства по делу, а также необходимость обеспечения прав потерпевших, требует создания определенного механизма выяснения позиции потерпевшего по данному вопросу. Если ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке заявлено обвиняемым в ходе ознакомления с материалами дела, на данном этапе следует выяснять и позицию потерпевшего по данному вопросу с тем, чтобы уголовное дело поступало в суд уже с установленным мнением потерпевшего. У потерпевшего должно быть отобрано заявление об отсутствии возражений на рассмотрение уголовного дела в особом порядке, при этом потерпевшему должны быть разъяснены особенности ускоренной процедуры и ее последствия.

Поиск оптимальных стратегий и моделей развития уголовного судопроизводства основывается на выработке стандартов рационализации, соответствующих мировоззренческим ценностям общества. Задачи процессуальной экономии, реализуемые в ускоренных производствах, должны разрешаться в системном единстве с другими задачами, разрешаемыми в ходе производства по уголовным делам. Ускоренное судебное производство должно применяться лишь по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести. Исключения могут составлять уголовные дела, по которым заключаются досудебные соглашения о сотрудничестве, в этом случае особый порядок судебного разбирательства будет применяться после рассмотрения «основного уголовного дела», что снизит степень риска допущения судебной ошибки, необходимости пересмотра вступившего в законную силу судебного решения, поскольку обстоятельства дела до этого будут установлены судом, рассматривающим уголовное дело в общем порядке. Применение особого порядка судебного разбирательства необходимо связывать не с размером возможного наказания, а с категорией преступлений, установленной ст. 15 УК РФ. Интересы рационализации уголовного судопроизводства не должны вступать в конфликт с интересами предоставления лицам, обвиняемым в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, максимально возможного объема процессуальных гарантий, минимизирующих возможность судебной ошибки или вынесения несправедливого приговора.

Особый порядок судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве является самым сложным из всех ускоренных производств, поскольку в его основе лежат различные уголовно-процессуальные формы – как упрощенные, так и усложненные. В субинституте особого порядка судебного разбирательства при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, в отличие от обычного ускоренного порядка судебного разбирательства, на первый план выдвигается идея деятельного сотрудничества, ускорение процесса рассмотрения дела играет в этом случае вспомогательную роль.

Институт досудебного соглашения о сотрудничестве должен быть редуцирован в соответствии с принципом публичности уголовного судопроизводства путем ограничения круга дел, по которым возможно заключение подобного соглашения. Это могут быть дела о тяжких и особо тяжких преступлениях, представляющие значительную общественную опасность и сложность в раскрытии и расследовании (преступления коррупционной направленности, террористического характера, наркопреступления, преступления в сфере незаконного оборота оружия и наркотических средств, торговля людьми, бандитизм, ряд преступлений экономического характера (в том числе легализация денежных средств, добытых преступным путем), преступления, посягающие на конституционный строй России, преступления, совершенные организованными группами и организованными преступными сообществами, заказные убийства и т.п.

Досудебные соглашения о сотрудничестве не должны заключаться с руководителями организованных преступных групп, сообществ и организаций, организаторами преступлений. Модель особого порядка судебного разбирательства, в основе которой лежит досудебное соглашение о сотрудничестве, не предполагает зависимости от волеизъявления потерпевшего. Подобное ограничение прав потерпевших обусловлено публичными интересами, соответствует конституционно оправданным целям, однако оно, вместе с тем, не ограничивает доступ потерпевших от преступления к правосудию и не снижает гарантии защиты ими своих прав и свобод. Однако при этом публичные интересы должны быть общественно значимыми, обеспечивающими безопасность общества и государства.

Реализация ускоренных процедур субинститута особого порядка судебного разбирательства при проведении дознания в сокращенной форме дифференцируется в контексте стадийности уголовного судопроизводства и осуществляется как на этапе расследования, так и в судебном разбирательстве, состоит из двух этапов – дознания, проводимого в сокращенной форме и судебного разбирательства, осуществляемого в особом порядке.

Конструкция особого порядка судебного разбирательства при проведении дознания в сокращенной форме основана на двойной редукции доказывания — в ходе досудебного производства по делу и при разрешении дела судом. В силу этого обстоятельства данная модель является дефективной, не соответствующей парадигме российского уголовного процесса, не способной обеспечить принятие по делу справедливого и объективного решения.

Неустойчивость модели сокращенного дознания заключается в том, что при возникновении любых спорных ситуаций, недочетов в ходе его производства, изменение позиции участников уголовного судопроизводства относительно данной формы расследования, отказа подсудимого от особого порядка судебного разбирательства, от предъявленного обвинения и признания своей вины означает переход к дознанию в общем порядке. Это изменяет предмет и процесс доказывания в сторону его расширения, увеличивает сроки производства по делу и, в конечном итоге, нивелирует смысл сокращенного дознания.

Нежизнеспособность сокращенного дознания и неспособность данной формы расследования оптимизировать процесс расследования и разрешения уголовных дел, облегчить доступ граждан к правосудию, обеспечить разумные сроки уголовного судопроизводства при сохранении устойчивой потребности в существовании упрощенного механизма расследования не представляющих сложности, совершенных в условиях очевидности, уголовных дел о преступлениях, не представляющих большой общественной опасности, требует разработки новых моделей ускоренного досудебного производства.

Возможность применения ускоренного досудебного производства не должна зависеть от позиции участников уголовно-правового конфликта, и признания вины лица, совершившего преступление, либо отсутствия такового; предмет доказывания по таким делам должен быть общим, упрощение процесса осуществляется за счет производства всех необходимых действий по собиранию, проверке и оценке доказательств до возбуждения уголовного дела и исключения дублирования их после принятия решения о возбуждении дела.

Особую значимость в условиях ускоренного производства с его редуцированным доказыванием, отказом обвиняемого от полноценной судебной процедуры рассмотрения дела, приобретает деятельность судебно-проверочных инстанций, поскольку вероятность судебной ошибки в таких условиях существенно возрастает. Специфика судебно-проверочной деятельности применительно к ускоренному производству обусловлена как процессуальными особенностями, вытекающими из характера ускоренного производства, основанного на редуцированном доказывании, так и более широкими, внепроцессуальными факторами. Сам факт обжалования судебных решений, принятых в особом порядке, означает, что одна из задач ускоренного производства — задача достижения социального компромисса — не достигнута, в связи с этим реализация этой задачи (которая может быть достигнута не иначе, как посредством обеспечения справедливого разрешения уголовного дела), возлагается на суды вышестоящих инстанций. Редукция судебного следствия при рассмотрении уголовного дела в особом порядке влечет за собой ограничения в предмете судебного разбирательства в апелляционном порядке, ограничения в механизме судебно-проверочной деятельности суда апелляционной инстанции и сужение пределов его полномочий при проверке судебных решений, принятых в порядке ускоренного производства. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции выполняет те же функции, что и при проверке судебных решений, принятых в порядке ординарной процедуры. Обеспечение правосудности приговора требует надлежащей оценки в совокупности всех фактических обстоятельств и юридических аспектов уголовного дела. Юридическая оценка не может быть осуществлена в отрыве от фактических обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции не может принять объективное решение по уголовному делу, не удостоверившись в убедительности обвинения.

Отличия кассационного и надзорного порядков пересмотра судебных решений, принятых в ускоренных процедурах, от судебных решений, принятых в общем порядке, обусловлены не предметом судебного разбирательства и не особенностями оснований отмены судебных решений, а требованиями уголовно-процессуального закона к основаниям применения ускоренных форм производства по уголовному делу и особыми правилами назначения наказания по данным категориям дел, которые выступают специфическим объектом проверки. По делам, рассмотренным в особом порядке, суд, проверяя наличие либо отсутствие существенных нарушений уголовно-процессуального закона, должен убедиться в соблюдении процедуры применения ускоренного производства. Ограниченный только вопросами права предмет обжалования вступивших в законную силу судебных решений, соответствующий идеям правовой определенности и окончательности вступивших в законную силу судебных решений, является более узким по сравнению с предметом проверки суда кассационной и надзорной инстанций. Последний в большей степени соответствует задачам обеспечения судебной защиты прав и свобод человека, нежели идеям res judicata, поскольку не исключает возможность ставить под сомнение выводы суда по вопросам факта в причинно-следственной взаимосвязи их с ошибками правового характера. Применительно к делам, рассмотренным в порядке ускоренного производства, необходимость паритета идей судебной защиты, позволяющей исправить допущенную при разрешении уголовного дела судебную ошибку, и принципа res judicata в кассации и надзоре неочевидна. Это обусловлено тем обстоятельством, что фактические обстоятельства дела не устанавливаются ни судом первой, ни судом апелляционной инстанции. Необходимость обеспечения защиты прав и свобод человека вне зависимости от процессуальной формы производства по делу и иных обстоятельств предполагает наличие для этого эффективных процессуальных средств. Имеющиеся процессуальные инструменты позволяют устранять ошибки нижестоящих судов лишь посредством оценки допущенных нарушений как нарушений законности.

Пересмотр вступивших в законную силу судебных решений в отношении лица, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве и умышленно сообщившее ложные сведения и (или) умолчавшего о важных обстоятельствах, имеющих значение для дела, если это будет установлено после назначения ему наказания, а также в отношении вышеуказанного лица в случае принятия судом иного решения, касающегося квалификации содеянного, объема обвинения и иных важных обстоятельств, в отношении его соучастников, может осуществляться только по правилам главы 49 УПК РФ – ввиду вновь открывшихся обстоятельств. Пересмотр в порядке главы 49 УПК РФ вступившего в законную силу приговора по делам, рассмотренным в порядке ускоренного производства, возможен при наличии следующих самостоятельных оснований:

— установление умышленного сообщения ложных сведения или умышленного сокрытия от следствия каких-либо существенных сведений лицом, заключившим досудебное соглашение о сотрудничестве, повлекшие за собой постановление незаконного, необоснованного или несправедливого приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения или постановления;

— несоответствие судебного решения, вынесенного в особом порядке в отношении лица, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, судебному решению, вынесенному в отношении его соучастников по данному преступлению в общем порядке в части, касающейся квалификации, объема обвинения и других существенных обстоятельств.

Обстоятельства, влекущие пересмотр вступившего в законную силу судебного решения по уголовным делам, рассмотренным в особом порядке с заключенными досудебными соглашениями о сотрудничестве, касающиеся установления ложности сообщенных в рамках соглашения о сотрудничестве либо умолчания о существенных обстоятельствах дела, а также сопряженные с вынесением судом, рассматривающим в общем порядке, уголовное дело в отношении соучастников данного лица, иного решения, нежели принято судом в особом порядке и касающегося квалификации содеянного, объема обвинения и иных существенных обстоятельств дела, в силу своего характера относятся к категории «вновь открывшиеся обстоятельства».

Вопросам сущности, значения, правовой природы и предпосылок формирования института ускоренного производства в российском уголовном процессе посвящена предыдущая монография автора: Качалова О. В. Теоретические основы ускоренного производства в российском уголовном процессе.- М.: Юрлитинформ, 2015.

В органы прокуратуры поступает значительное количество обращений граждан о несогласии с длительными сроками проверки по сообщениям о преступлениях и расследовании уголовных дел.

Вместе с тем, предельный срок проверки и расследования уголовных дел законодателем не установлен.

Статья 6.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ (УПК РФ) содержит понятие разумного срока уголовного судопроизводства, в том числе разумного срока досудебного производства (со дня подачи заявления о преступлении до дня принятия решения о приостановлении предварительного расследования по уголовному делу в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого).

При определении указанных сроков учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства.

Названным кодексом установлены следующие сроки доследственной проверки и расследования уголовных дел:

В соответствии со ст. 144 УПК РФ дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять и проверить сообщение о преступлении и в пределах компетенции принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня его поступления. Указанный срок может быть продлен до 10 суток руководителем или до 30 суток руководителем следственного органа или прокурором, соответственно, в связи с необходимостью производства конкретных проверочных мероприятий.

Срок дознания по уголовным делам установлен ст. 223 УПК РФ и составляет 30 суток со дня возбуждения уголовного дела. Данный срок может продлеваться прокурором до 30 суток (в общей сложности до 6 месяцев, в исключительных случаях, связанных с исполнением запроса о правовой помощи – до 12 месяцев).

Сроки предварительного следствия по уголовным делам установлены ст. 162 УПК РФ и составляют 2 месяца со дня возбуждения уголовного дела. По уголовным делам, расследование по которым представляет особую сложность, срок предварительного следствия может быть продлен до 12 месяцев, дальнейшее продление срока допускается лишь в исключительных случаях.

При нарушении разумных сроков уголовного судопроизводства в ходе досудебного производства по уголовному делу участники уголовного судопроизводства, а также иные лица, интересы которых затрагиваются, могут обратиться к прокурору или руководителю следственного органа с жалобой, которая должна быть рассмотрена в порядке, установленном ст. 124 УПК РФ, в течение 3-х суток, а при необходимости истребования дополнительных материалов либо принятия иных мер – 10 суток.